исполнить цепочку-на главную в кубрик-на 1 стр.
  • главная
  • астрономия
  • гидрометеорология
  • имена на карте
  • судомоделизм
  • навигация
  • устройство НК
  • памятники
  • морпесни
  • морпрактика
  • протокол
  • сокровищница
  • флаги
  • семафор
  • традиции
  • морвузы
  • форум
  • новости флота
  • новости сайта
  • кают-компания
  • Rambler's Top100

     

     

    Финикийские мореходы

    Илья Шолеймович Шифман
    Наука, М.: 1965






    Часть первая

    Первые шаги
    Рождение алфавита
    Финикияне идут на запад
    Загадочная страна Офир
    «Сидон я ниспроверг и камни бросил в море»
    Жизнь берет свое
    Солнце справа
    На пути к закату

    Часть вторая

    Картхадашт - новый город
    Борьба за море
    За Столпами Мелькарта
    Снова борьба за море


    ПЕРВЫЕ ШАГИ

         В освоении морских путем в районе Средиземноморья немалую роль сыграли отважные финикийские мореходы. Не было такого уголка в бассейне Средиземного моря, куда бы они ни плавали. Балканы и Крит, Сицилия и Пиренеи, Причерноморье видели тяжело нагруженные «чернобокие» финикийские корабли, слышали гортанную финикийскую речь, иногда с нетерпением, иногда со страхом ожидали появления на горизонте хорошо знакомых узорчатых парусов. Однако финикияне не ограничивались только среди-земноморским миром. Преодолев естественную для своего времени боязнь, они вышли за Гибралтарский пролив проложили морскую дорогу на север - к Британским островам. Плавали они и на юг - вдоль атлантического берега Африки. Впервые в истории человечества финикияне совершили путешествие вокруг Африки - от Красного моря до Гибралтара. Они ос мели вались заплывать даже в глубь Атлантического океана, далеко от берегов.
    Сами финикияне отнюдь не искали славы первооткрывателей морских путей, да и в действительности они, по-видимому, не всегда были ими. Есть основания думать, что, плывя, например, в Британию, они пользовались данными, полученными от местных и британских моряков в Южной Испании. И, более того, финикияне вообще не ставили перед собой исследовательских задач. То, что они знали или узнавали об отдаленных районах известного в древности мира, не выходило за пределы насущно необходимого для ведения морской торговли. Финикияне искали такие места, где добывались редкие по тому времени и драгоценные металлы, где можно было, не подвергаясь чрезмерному риску, добывать рабов и продавать свои товары. Они стремились к наживе и поэтому всячески старались скрыть от соперников известные им морские дороги, а если удавалось, сообщали неверные сведении, старались рассказами о таинственных явлениях природы и фантастических животных отпугнуть всех, кто мог бы плыть за ними следом.
     

         Однажды карфагенские купцы даже утопили собственный корабль только для того, чтобы плывшие следом чужаки не выведали, куда и зачем они направились, Карфагенские власти, покровительствовавшие такой политике, возместили этим купцам убытки. Может быть, именно поэтому мы так мало знаем о финикийских мореплавателях и до нас не дошли, за крайне редкими исключениями, их имена .. А кто знает, не совершали ли финикияне еще более далекие плавания, о которых не сохранилось никаких упоминаний в произведениях древних авторов? Не сохранилось именно вследствие той таинственности, которой было окутано финикийское мореходство, ..
    И хотя географические открытия финикиян далеко не всегда были отрытиями в строгом смысле этого слова, их роль и значение в истории народов Средиземноморья, одного из важнейших и древнейших культурных очагов человечества, тру дно переоценить. Они способствовали знакомству и культурному сближению народов этого района. Они оказали значительное влияние на культуру народов Средиземноморья. Если сегодня большинство грамотного населения земли пользуется алфавитами, которые восходит к угловатым, неуклюжим знакам финикийской письменности.
    Вот почему этот давно исчезнувший народ заслужил право на благодарную памяти человечества.
    Даже название Сидона в переводе на русский язык означает «рыба».
     

         Тиряне относили постройку храма своего главного бога Мельuкарта ко времени, соответствующему XXVII1 веку до нашей эры Правда, по другой версии, Тир был основан сндонянами в начале XI1 века. Но, судя по многочисленным документам, Тир играл активную роль в политической жизни Сирии и Финикии уже в середине II тысячелетия,
    Поэтому мы можем эту последнюю дату считать недостойно. верной, как и связанное с нею предание. Оно, по-видимому, должно было как-то обосновать претензии Сидона на господство над остальными финикийскими городами, в том числе и над Тиром.
        Одним из древнейших городов Финикии был Библ (по-финикийски Губл, в Библии - Гебал). Самые ранние археологические материалы, происходящие оттуда, датируются V тысячелетием до нашей эры. В то время Библ представлял собой еще небольшой поселок, Но в конце 1V - начале III тысячелетия Библ превращается в довольно крупный город, обнесенный массивной каменной оборонительной стеной.
    Как же финикияне обрабатывали землю? К сожалению, мы не можем определенно ответить на этот вопрос. Ближайшие соседи финикиян - древние израильтяне - значительно позже пользовались деревянной сохой, в которую запрягали пару волов. Сеяли они ячмень и пшеницу, много внимания уделяли виноградарству и разведению олив. Урожай снимали бронзовыми и позднее железными серпами. На поле обычно работал сам хозяин, его взрослые сыновья и рабы. Видимо, то же было и в Финикии с той только разницей, что там преимущественное развитие получила садоводство.
    Рыбу финикияне ловили сетями с небольших плоскодонных лодок. Ее обилием особенно славился Тир: « ... богат он рыбой более, чем песком», - сказано в одном египетском папирусе.
    Во многих финикийских городах, и прежде всего в Тире и Сидоне, 6ыла широко развита добыча пурпура, высока ценившегося во всем древнем мире. Это был естественный краситель - желтоватый сок, извлекавшийся из раковины улитки-багрянки, где он образуется после смерти моллюска; После обработки пурпуру придавались различные оттенки - от красного и розового до лилового и фиолетового. Эту краску не вывозили: ею красили шерстные ткани, доставляемые из глубинных районов Сирии. Тяжелый, удушливый запах стоял в мастерских, работники ходили отбросам, спали среди отбросов, тут же заболевали и умирали.
     

         В финикийских городах рано развилось ремесло, и ремесленники - литейщики, чеканщики, строители, ткачи, гончары и многие другие - пользовались доброй славой далеко за пределами своих родных мест. Знаменитый иудейско-израильский царь Соломон (Х в. до н, э.), желая построить дворец для себя и храм для бога Йахве в своей столице -- городе Иерусалиме, - обратился к Хираму, владыке Тира, с просьбой прислать специалистов. Статуэтки богов, отлитые из бронзы и серебра, ожерелья, серьги и бусы - изделия финикийских мастеров - отличались изяществом и тонкой отделкой.
    Значительную роль в финикийском ремесле играло и производство стекла. На первых порах финикияне варили стекло, научившись этому искусству у египтян. Из стекла они изготовляли орнаментированные сосуды, различные украшения, безделушки и другие изделия, считавшиеся в те времена предметами роскоши. Со временем финикияне .значительно усовершенствовали производственный процесс и стали получать стекло различных сортов - от темного и непрозрачного до бесцветного и прозрачного. Они научились придавать стеклу желаемый цвет, сохраняя при этом его прозрачность. Значительно позднее (1 в. Н, э.) они овладели искусством выдувания стекла.
         Однако не только земными путями старались финикийцы не обеспечить свое благополучие. По их мнению, очень важно было добиться благосклонности таинственных сверхъестественных существ - богов, управлявших, как они считали, миром. Финикияне, как правило, избегали произносить имена богов. Ведь если назовешь бога по имени, то как бы окликнешь его - он явится и в гневе своем уничтожит дерзкого, посмевшего нарушить его покой. Поэтому обычно они говорили о своих богах обиняками, и мы естественно не знаем, как их звали. Верховный бог - владыка Вселенной - назывался просто богом (по-финикийски Эл). Его супруга именовалась богиней (Элат) или духом (Ашерат) моря. Другие боги назывались царями (.малк или милк) или хозяевами (баал; в так называемом синодальном переводе Библии на русский язык этому слову соответствует ваал). Среди богов мы находим и «владыку севера» (Баалцафон), и «хозяина неба» (Баалшамен), и «хозяина жара» - бога солнца (Баалхаммои), и хозяина Ливанских гор, и многих других. Каждый клочок земли, каждый ручей, каждое дерево имели владыку. Иногда вместо имени употреблялось прозвище, указывавшие функции божества (подобно русским «громок», «лесовик»).
     

        Божественные хозяева - покровители имелись и у каждого города. Хозяином Тира был Мелькарт (« царь города»). Каждый год тиряне устраивали в его честь праздник, и тогда в город съезжались не только жители подвластных Тиру поселков, на и посланцы далеких колоний. Торжественное шествие направлялась в храм, и там происходила пышная церемония восшествия бога на его престол. Древние греки отождествляли Мелькарта с героем своих народных предании сказочным богатырем Гераклом. Видима, существовали финикийские сказания а героических подвигах Мелькарта (или, вернее, того бога, который скрывался под этим именем). Во всяком случае науке известны легенды о подвигах Керста, происхадящие из североафриканского города Угарита. Будучи владыкой одного из крупнейших центров морской торговли, Меллькарт рано стал покровителем мореплавания. Где бы тиряне ни появлялись, они воздвигали святилища или алтари в честь своего бога, который, как они думали, привел их туда.
    Владыкой Сидона был Эшмун. Эта слово происходит от общей для древнееврейского и финикийского языков основы веем – «имя» И должна обозначать только «обладатель имени». Древние греки обычно сопоставляли Эшмуна со своим богам врачевания Асклепием. Видима, Эшмуна тоже считали богом-целителем.
         Некоторые финикийские города имели не «хозяев», а «хозяек». Так была, например, в Берите (нынешний Бейрут), где почиталась «Великая хозяйка Берита». В Библе в подобной же роли выступала богиня любви и плодородия, чье подлинное имя нам известна Аштарт (Астарта).
        Для финикиян-рыболовов особое значение имел культ бога Дагана (рыба по-финикийски даг или, возможно, дог). Известен и богогня, пламени и света Решеф (это слова, собственно, и значит «огонь»), которого греки, отождествляли со своим богом-светоносцем Аполлоном.
     

         Среди памятников, найденных при раскопках северофиникийскага города Угарита, особое внимание ученых привлекли таблички, содержащие записи древнейших финикийских религиозных гимнов и поэм. Центральными действующими лицами в них бы ли Баал (видимо, тождественный с Баалцафаном) - бог земледелия и плодоносного дождя, иначе называвшийся Алейан («Верхний»), владыка подземных вод, рек и моря, куда стекают реки; его сестра грозная воительница Анат (двойник богини любви Аштарт, которая так же встречается в угаритских документах). Врагом Алейна был Мот (Смерть) - бог иссушающего южного солнца, губящий растительность и жизнь, владыка подземного мира.
         Угаритское предание об этих богах начинается с того, что Мот приглашает Баала в гости. Тот принимает это приглашение и гибнет, а Эл, узнав об этом, оплакивает Баала; Анат пускается на поиски Баала и находит его мертвым в подземном царстве. Совершив траурные обряды, Анат погребает своего брата и приносит обильные поминальные жертвы. Затем действие переносится во двоpeц Эла. Там появляется Анат и со злобной иронией предлагает верховному богу и его супруге Ашерат - главному врагу ее брата - радоваться гибели Баала. Видимо, и с жизнью-то расстался Баал по наущению этой коварной богини. Эл вместе с Ашерат решают сделать владыкой богов Аштара. Но Анат не может примириться с гибелью Алейана - Баала. Она требует, чтобы Мот отпустил его НA землю. Мот не может этого сделать, и тогда Aнат убивает его, рассекает на мелкие куски и рассыпает его останки на поле. С Снова появляется Баал. Победив богов поддерживающихся Аштара, он занимает свой трон. Следует борьба между Баалом и Мотом, которая заканчивается окончательным поражением бога смерти. Известны и некоторые другие предания, например о постройке храма Баала.
         Один из вариантов финикийской легенды о земледельческих богах нашел свое отражение в греческом предании об Адонисе. Финикийское адон или адун переводится на русский язык словами «господь», «господин». Родственные финикиянам по языку и культуре древние израильтяне также называли своего бога адонаи - «господь мои». Значит, и в финикийском рассказе мы имеем дело не с именем собственным, а с условным обозначением божества. Адонис родился от пшеничного зерна, умер и после смерти попал в подземное царство. Владычица подземного мира не желает отпускать Адониса на землю, но богиня плодородия освобождает его. Возвратившись из подземного цартсва, Адонис возрождает на земле исчезнувшую было жизнь.
    Культ Адониса был распространен по всей Финикии, где повсеместно справлялись ежегодные праздники в его честь. Торжественная процессии поднималась на Ливан, повторяя скорбный путь Адониса, женщины оплакивали гам его смерть, а затем все бурно радовались возвращению божества к жизни и начинающему обновлению природы. Во II веке до нашей эры и в Александрии (Египет) торжественно отмечался этот же праздник, сопровождавшийся мистерией о страстях Адониса.
         По представлениям финикиян, от богов зависели жизнь и благополучие как отдельного человека, так и всего города. Поэтому соблюдение культа было важным общегосударственным делом. На «высотах» - холмах, господствовавших над городами, - финикияне создавали святилища и храмы; таким был, например, храм Эшмуна в Сидоне. Финикийский храм обычно представлял собой площадку, расположенную под открытым небом. В центре ее либо находилось помещение, где, как предполагалось, обитало божество, либо лежал священный камень бетэлр («дом бога»), ,либо было то и другое вместе. В храме имелся и священный источник или бассейн. По такому плану строились храмы во всех финикийских городах, часто и в соседних странах за их пределами.
    Как и земных владык, богов следовало задобрить приношениями и дарами. Чем богаче и обильнее они были, тем сильнее была уверенность в божьем благословлении. Недаром один наиболее распространенных видов жертвоприношений так и назывался
    ола («возношение») *, а другой минха («подарок»).

    * По нашему мнению, обычный перевод «всесожжение" неточен; хотя он отражает реальную процедуру принесения жертвы.
    Финикияне приносили и специальные жертвы - шеламим в возмещение божеству за его труды **.
    ** Здесь мы должны сделать некоторые пояснения. Эти жертвы по-финикийски и по-древнееврейски именуются шеламим. Еврейское слово шалом (по-финикийски, видимо, шолум) обозначает «мир»; «благополучие». Отсюда, казалось бы, очевиден и общепринятый перевод нашего слова «мирные». Но еврейский и финикийский корень шлм может иметь и другое значение - «отомстить», «возместить»; с ним и связано значение шеламим - «жертвы возмещения».

        «Ты мне, я тебе» - таков был принцип, на котором строились взаимоотношения между людьми и их потусторонними властителями и покровителями. В жертву приносили крупный и мелкий скот, а также пшеницу и другие продукты земледелия. Все это жрецы сжигали на алтарях или поедали, причем К трапезе присоединялись и жертвователи. Считалось, что в пиршестве принимает участие и бог - незримый, но самый главный сотрапезник. С течением времени жрецы разработали точные правила жертвоприношений: Какую именно долю жертвы следовало сжечь, что отдать жрецу. а что жертвователь мог забрать с собой и унести. До нас дошел финикийский тариф жертвоприношений, который был найден на юге Франции, в Марселе - древней греческой колонии Массалии. Этот тариф был составлен, вероятно, в Карфагене около III века до нашей эры, а после его гибели был кем-то увезен за море.
         Особый ужас вызывал у соседей финикиян их обычай в исключительно важных случаях приносить в жертву своих малолетних детей. Это они делали, например, в момент смертельной опасности. Закладывая город, они считали необходимым положить под его стены урну с костями младенца, отданного богу. Иногда подобные жертвоприношения принимали массовый характер; известны случаи, когда в один прием было «пожертвовано» несколько сот детей. Урны с прахом погибших размещались на специальном священном участке, который назывался
    тофет. В древности принесение подобных жертв считали признаком чудовищной жестокости, будто бы свойственной финикиянам. Но это неверно. Принести в жертву собственного сына означала отдать божеству самое ценное, что есть у человека. В атом случае благоволение божества считалось наверняка обеспеченным. Изуверский характер этого обычая очевиден. Однако не менее очевидно и то, что его источником являются представления глубокой древности, возникшие задолго до появления у финикиян сколько-нибудь развитой цивилизации.
     

         Мимо финикийских поселков шла приморская дорога по которой из долины Нила в долину Тигра и Евфрата обратно шли торговые караваны, сперва на ослах, а позже, приблизительно со второй половины II тысячелетия, и на верблюдах. Караванная торговля была далеко не безопасным занятием. Купцы, даже находившиеся по покровительством могущественных царей, всегда рисковали подвергнуться нападению, лишиться своих товаров, а возможно, и жизни. Вавилонский царь Буррабуриаш II в письме к фараону Аменхотпу IV (середина 11 тысячелетия) жаловался, что в финикийском поселении Хиннатупу некий Шумадда, сын Балумме, очевидно местный правитель, и Шутатна, сын Шаратума из Акко убили и ограбили его купцов.
    Природные условия позволяли финикиянам сочетать сухопутную торговлю с морской. Им был открыт прямой доступ к Средиземному морю. Именно в финикийских городах было удобнее всего перегружать разнообразные товары, при бывшие на караванах из внутренних районов Сирии и Месопотамии, на корабли и везти их дальше. Именно оттуда легче всего было вывозить главное богатство Финикии - ливанский кедр .
         Прибрежное морское течение в восточной части Средиземноморского бассейна направляется с запада на восток, а затем вдоль берегов Палестины и Сирии на север. Поэтому из финикийских портов обычно плавали в северном направлении. Однако финикияне плавали и на юг - в Египет, а также прямо на запад - к острову Кипру. Оживленная торговля с Египтом и союз с Иудейско-израильеким царством дали финикиянам возможность впоследствии проникнуть в бассейн Красного моря и оттуда выйти в Индийский океан.
    Библ первым установил контакты с Египтом, оказавшиеся очень устойчивыми. Даже египетские корабли, предназначавшиеся для плавания на дальние расстояния, назывались бнблскимн, очевидно потому, что их главной целью был Бнбл. Видимо, и библийцы очень рано стали снаряжать экспедиции в Египет. Еще в IV тысячелетии до нашей эры в Египет привозился ливанский кедр. В царствование фараона Снефру в Египет прибыло сорок кораблей, груженных кедром. Египетские фараоны III тысячелетия, начиная от Хасехемуи и кончая Пиопи II, считали необходимым приносить дары «Великой хозяйке Библа», самый храм которой, впрочем, был построен по египетскому образцу. Один из видных египетских сановников времени VI династии, Хнемххопт, рассказывал в своей надписи , что он неоднократно бывал в Библе.
         Морские путешествия считались в древности очень опасным делом. Самым неудобным для мореходов временем было, по общему мнению, лето (июль - сентябрь), когда в Средиземном море дуют сильные северные ветры. Весной, с февраля по май, также можно было ожидать опасных и внезапных изменений погоды. Наиболее безопасным был, как полагали, только период с конца сентября до конца ноября. Однако и тогда путешественник не был гарантирован от случайностей.
     

         Древние писатели нередко рассказывают о бурях и штормах, уносивших утлые, суденышки далеко от цели путешествии. Теряя управление судном и ориентировку, моряки
    попадали в подобных случаях в далекие, часто прежде неизвестные страны. Это случилось. например с греческим мореплавателем самосцем Колеем, который около 600 года до нашей эры оправился в Египет. По пути его корабль, был отнесен сильным ветром к острову Платея ( ныне остров Бамба) у берегов Северной Африки. Переждав там некоторое время, Колей снова пустился в путь в Египет, по ветер опять погнал его суденышко на запад. Неожиданно для себя Колей вместо долины Нила, куда он стремился, попал на юг Пиренейского полуострова, в государстве Тартесс (в Библии по-финикийски Таршиш).
    Мы даже знаем, как вели себя люди во время бури и что они делали для своего спасения. Об этом можно судить например по библейскому преданию. Йахве приказал
    пророку Ионе отправиться в столицу Ассирии Нинивею и там объявить волю Йахве относительно ее судьбы. (И было, - читаем мы в библейской книге Ионы, слово Йахве к Ионе, сыну Амиттайа, такое: встань пойди в Нинивею, город великий, и объяви ему, что я узнал об их злодействах. И поднялся Иона, чтобы убежать в Таршиш от Йахве, и сошел в Йаффу; и нашел корабль, идущий в Тapшиш, и отдал плату за проезд на нем, и вошел на него, чтобы плыть с ними (моряками. - И. т.) в Таршиш от Иахве. А Иахве обрушил на море сильный ветер, и была большая буря на море, и корабль готов был развалиться. И увидели моряки, и возопили каждый к своим богам, и стали бросать вещи, бывшие на корабле, в море, чтобы облегчить его от них. А Иона спустился в глубь корабля и лег без чувств. И приблизился к нему капитан и казал ему: Что с тобой? ты .без :памяти? Встань, возопи к богу, может быть, подумает бог о нас и мы не погибнем. И сказали они (моряки. - И. Ш.) друг другу: пойдем бросим жребии и узнаем, из-за кого эта беда на нас. И бросили они жребий, и выпал жребий на Иону. И сказали они ему: поведай-ка нам, из-за кого эта беда на нас, что за дело у тебя, откуда ты идешь, что .за страна твоя и из какого ты народа. И сказал он им: я - еврей, и Йахве, бога небесного, испугался, того, что сотворил море и сушу. И убоялись эти люди страхом великим, и сказали они ему: что же ты наделал? Ибо узнали эти люди, что от Йахве бежит он, ибо поведал он им. И сказали они ему: что нам делать с тобой, чтобы утихло Море перед нами, ибо море продолжает бурлить. И сказал он им: поднимите меня и бросьте меня в море; и утихнет море перед вами, ибо я знаю, что из-за Меня эта буря великая на вас Стали грести эти люди, чтобы вернуться к суше, и не смогли, ибо море, продолжало бушевать против них. И воззвали они Йахве и сказали: «О Йахве да не погибнем мы за душу этого человека и не мсти нам за кровь невинного, ибо ты - Йахве, как тебе понравится, так ты и делаешь, И подняли Иону и бросили в море, и перестало море гневаться. И убоялись эти люди, И принесли жертвы Йахве, и дали обеты».
    Бессильные в борьбе со стихией, древние люди рассчитывали только на милость богов, вызывавших, по их мнению, бурю. Не удивительно, что, даже умея ориентироваться по звездам, мореплаватели старались не упускать из виду берег. Даже поздние лоции, так называемые периплы, имевшие хождение у греков, содержали только перечисление населeнных пунктов, мимо которых должны были проходить корабли, с указанием расстояния между нами.
    Видимо, очень велики были доходы от морской торговли, если, несмотря на все опасности, финикияне осмеливались пускаться в далекие плавания.
     

         Потребности морской торговли очень рано превратили финикийские города в крупнейшие центры кораблестроении. В Тире было много верфей, на которых кроме самих тирян работали выходцы из других финикийских городов Библа, Сидона и Арвада. Работа на верфях почти не прекращалась - ведь кораблей нужно было много. Спускали на воду одни суда, тут же закладывали другие, где-то в стороне на листе папируса, а то и на песке вычерчивали
    контуры третьих. Улыбающийся хозяин любезно встречал покупателей, а надсмотрщики подгоняли строителей криками, а иногда и палками.
         Корабли, предназначавшиеся для перевозки грузов на сравнительно небольшие расстояния, в пределах восточной части Средиземноморского бассейна, строились, видимо, по образцу рыбачьих лодок. Древнейшее изображение: таких судов найдено в египетской гробнице середины II тысячелетия. Это были одномачтовые суда с небольшой осадкой, высоко поднятым носом и кормой и огромным четырехугольным парусом. Основу судна составляла продольная балка - киль, на которую наращивались шпангоуты,. обшивавшиеся досками. Во избежание течи все щели между ними, очевидно; тщательно конопатились. Фальшборты делались не сплошными. Каких-либо продольных или поперечных связей не было; фактически борта были соединены палубным настилом. Нос и корма образовывались с помощью специальных балок, прикреплявшихся к килю и, располагавшихся вертикально по отношению к нему. Эти балки (форштевень в кормовой и ахтерштевень в носовой части) поднимались значительно выше бортов и палубы. Парус закреплялся на двух реях; нижняя рея была подвешена на многочисленных тросах и, когда парус свертывался, поднималась наверх. Такому парусу можно было придать любое положение по отношению к корпусу судна, что позволяло морякам в случае необходимости маневрировать. На корме находилось рулевое весло. Используя попутные течения, на таком судне можно было проделать путь от устья Нила до мыса Кармел за одни сутки; на обратную дорогу требовалось от восьми до десяти суток.
         Свой груз - шерсть, древесину и оливковое масло в больших глиняных кувшинах купцы хранили на палубах. Были и другие товары, которые финикияне привозили в Египет; на нашем рисунке изображены быки, груды золота и черные и белые рабы ...
         Видимо, уже во второй половине II тысячелетия финикияне создали корабли, предназначавшиеся для дальнего плавания, - так называемые
    таршишские суда. Это название возникло потому, что страна Таршиш (уже упоминавшийся Тартесс, Южная Испания) считалась на Ближнем Востоке «краем света», чем-то вроде «тридевятого царства, тридесятого государства». Однако мы не знаем, что представляли собой «таршишские» корабли в этот период и каким было их устройство.








    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru