Rambler's Top100

исполнить цепочку-на главную в кубрик-на 1 стр.
  • главная
  • астрономия
  • гидрометеорология
  • имена на карте
  • судомоделизм
  • навигация
  • устройство НК
  • памятники
  • морпесни
  • морпрактика
  • протокол
  • сокровищница
  • флаги
  • семафор
  • традиции
  • морвузы
  • мороружие
  • новости флота
  • моравиация
  • кают-компания

  • История географических открытий


     

    Арабские исследователи Индийского океана

    и Африки конца XV - начала XVI в.

     


    Сулейман и опись берегов Индийского океана



    Последним великим арабским муаллимом, т. е. капитаном-наставником, следует считать Сулеймана Ибн Ахмеда Ибн Сулеймана ал-Махри, уроженца, как и Ибн Маджид, Южного Хадрамаута, в дальнейшем мы будем называть его просто Сулейманом. Потомственный моряк и опытный мореход, он побывал в портовых городах многих стран бассейна Индийского океана и обошел практически все берега этой акватории. Из пяти его работ по навигации, известных нам, самая важная «Ал-Умда ал-махрийа фи дабт ал-улум ал-бах-рийа» — «Опора из Махри в закреплении морских наук». Основанная главным образом на собственных материалах Сулеймана, она была создана в 1511 г. и полностью дошла до нас. В отличие от трудов Ибн Маджида, «Умда...», как отмечает Д. Тиббеттс, упоминавшийся нами выше, написана в прозе и легко читается. Она, возможно, самая ясная из всех арабских сочинений по навигации и во всех спорных и сложных случаях позволяет разъяснить работы Ибн Маджида. В ней приведено описание всех берегов Индийского океана и дано положение пунктов и значительных по протяженности участков береговой линии через правильные интервалы.

    Как и Ибн Маджид, Сулейман характеризует лишь южную половину Красного моря и вносит в описание суданского побережья — "Барр ал-аджам", т. е. «Жаркий берег»,—ряд дополнительных деталей, приведя положение мыса Абу-Шагара (у 21° с. ш.), нескольких мелких бухт между ним и мысом Касар (у 18° с. ш.), а в Аденском заливе отмечает залив Таджура (у 12° с. ш.). К югу от мыса Гвардафуй Сулейман описал залив Биннах, мыс Хафун, крайнюю восточную точку материка (51023/ в. д.) и бухту за ним.

    Далее к юго-западу вдоль практически прямолинейного низменного побережья п-ова Сомали до Могадишо на протяжении 1200 км он перечисляет все сколько-нибудь заметные точки, в том числе мысы Маббер, Габах, Ават и Асвад, где, по его словам, берег незначительно отклоняется к юго-западу. Между Могадишо и Момбасой (у 4° ю. ш.) Сулейман указывает несколько населенных пунктов, а также устье р. Джубы и о. Патта.

    Южнее, на границе нынешних Кении и Танзании, он отметил маленький островок — здесь берег континента принимает южное направление; далее к югу он описал о. Пемба (арабы называли его Ал-Худра, т. е. «Зеленым островом») и о. Мафия, но об о. Занзибар Сулейман не упоминает вообще. Еще южнее ему известны мыс у устья р. Рувума (близ 10°3(У ю. ш.), ряд поселков, в том числе порт Мозамбик на небольшом островке (у 15° ю. ш.), и устье Замбези. Весь берег от Мозамбика до Софалы (у 20° ю. ш.) длиной около 1000 км он называет «Ал-Ахвар», т. е. «Эстуарии», что соответствует действительности. Далее к югу Сулейман отмечает несколько мелких островов близ побережья и мыс Барра (у 24° ю. ш) — южный предел относительно точных знаний арабов о береговой линии материка. К югу Сулейман помещает бухту Ал-Шаджара, т. е. «Порт дерева», - очевидно, залив, на берегу которого позже вырос порт Лоренсу-Маркиш, ныне Мапуту. Как мы уже писали, арабы ходили и далее к югу и даже огибали мыс Доброй Надежды, но Сулейман об этом безмолвствует.

    Представление о Мадагаскаре у него значительно более четкое, чем у Ибн Маджида. Хауфа, южная оконечность острова, по названию главного племени, помещена Сулейманом под 24° ю. ш., северная оконечность — Рас ал-Милх, т. е. «Мыс Соли» (ныне Амбр),— у 10° ю. ш. Иными словами, Мадагаскар «сдвинут» им к северу на два градуса. Форма острова, положенного на карту Д. Тиббеттсом по данным Сулеймана, сравнительно близка к истинной. Правда, он неверно считал, что западный и восточный берега Мадагаскара параллельны от 15° ю. ш. до южной оконечности. На западном побережье он отметил опасную для судов гавань Лулуджан, т е. залив Махадзамба (у 15°30' ю. ш.), а далее к югу указываемые им точки с большой долей вероятности можно идентифицировать с современными; на восточном побережье много пунктов достаточно хорошо «ложится» на наши карты.

    Опись южного берега Аравийского п-ова, выполненная Сулейманом, существенно дополняет материалы Ибн Маджида по этому региону: появляются бухта Эль-Айн (у 14° с. ш.), несколько мысов далее к севере востоку, в том числе на гористом полуострове у 55° в. д., залив Саукира, где «круглый год находят прибежище морские змеи», и «Залив плавающей травы», т. е. Масира. Азиатские берега Оманского залива и Аравийского моря у него также охарактеризованы замерами, но через неравные и большие промежутки: он отметил мыс Кух, бухты близ мыса Джадди и залив Малан, включающий побережье от полуострова у 64064/ в. д. до мыса Муари, близ Карачи, с заливом Сонмияни. На берегу полуострова Катхиявар, вновь через равные промежутки, он дает ряд точек, включая самую южную — Диу, бывшую португальскую колонию,— северную, в вершине Камбейского залива.

    На западном побережье Южной Индии до мыса Кумари Сулейман лишь незначительно уточняет Ибн Маджида, но на восточном вносит ряд существенных дополнений. К северу от 18° с. ш. данные Сулеймана — единственный источник наших сведений о Бенгальском заливе. В цепочке островов Ал-Шулам («Лестница», Адамов Мост наших карт) он отмечает Памбан, вход в оз. Чилка (у 19°40' с. ш.), и дельту р. Маханади с мелями и о-вами Уилер, сообщая, что берег здесь получает северное направление до устья р. Хугли (у 88° в. д.) -- западная часть дельты Ганга. В восточной ее части он обследовал устье р. Мегхна, самую северную точку его описи Бенгальского залива. Он верно представляет себе Лаккадивские о-ва (Джузур ал-Фал) в виде трех цепочек, а Мальдивские одной длинной меридиональной цепи, вытянутой почти на 2 тыс. км, т. е. включает в нее архипелаг Чагос. Южный предел известных арабам островов в Индийском океане, по Сулейману, находится на широте Килвы и Коморских о-вов — с небольшой ошибкой это соответствует атоллу Диего-Гарсия, самому южному в архипелаге.

    Внеся незначительные коррективы - при переписке труда Сулеймана вкрались две-три ошибки, Д. Тиббеттс нанес его данные на карту и получил довольно хорошее изображение о. Шри-Ланка. Сулейману известен северный (Пальмира) и южный (Дондра) мысы острова, а также ряд пунктов на берегах, включая Коломбо и Тринкомали. Значительно лучше, чем Ибн Маджид, он знаком с Андаманскими о-вами: кроме двух больших островов, он отмечает группу менее значительных к югу и два удаленных. Никобары, по Сулейману, отделенные от Андаман проливом, состоят с севера на юг — из двух островных групп и двух более крупных отдельных островов; на юге, за проливом (Грейт-Чаннел) расположена Суматра и мелкие острова близ ее северной оконечности. Араканское побережье Бенгальского залива знакомо ему практически не лучше, чем азиатские берега Аравийского моря, так как район между Читтагонгом и мысом Моденг (у 16° с. ш.) редко посещался арабскими мореходами. И все же его данные полнее, чем Ибн Маджида: Сулейман перечисляет мелкие острова близ Читтагонга и между 22-20° с. ш. — Кутабдия, Сент-Мартинс, Бароунга — и далее к югу залив Курбис (вероятно, бухта Каунбамия) и сравнительно крупный о. Манаун (у 18°50' с. ш.). В заливе Моутама он отмечает эстуарий Дахун — скорее всего Рангун. За 16° с. ш. его сведения весьма детальны. Он сообщает о многочисленных мелких прибрежных островах, включая Кадан, Киссерайпг, Ланби и Задеджи — все в архипелаге Мьей, а между 8 и 6° с. ш. — Пхукет, Ланкави и Пинанг. Сиамский залив Сулейману известен слабо. От о. Сингапур вдоль восточного берега п-ова Малакка он знает лишь 10 пунктов, среди них устья нескольких рек, район озера Тхалелуанг и вершину залива, упоминает также Рас Канбуса (мыс Камау, у 104°40' в. д.) — южную оконечность п-ова Индокитай и Бандар Аайм, т. е. "Гавань Хайнань" на одноименном острове.

    Сведения Сулеймана о Зондских о-вах ненамного полнее, чем Ибн Маджида. На восточном, низменном берегу Суматры он, между прочим, отмечает устья рр. Рокан и Индерагири. Правда, он хорошо знаком с южным побережьем Явы, хотя арабские моряки редко посещали эту часть острова. Он упоминает о. Бали, а также о. Джилоло (Хальмахера), ошибочно считая его самым крупным островом региона. Следовательно, Калимантан не признавался арабами за единое целое. Противореча самому себе, Сулейман помещает на нем хребет, протягивающийся на 1500 км на северо-восток, и тем самым молчаливо принимает два факта: гигантские размеры Калимантана и низменный характер остальных районов. ( На Калимантане нет единого хребта такой длины: протяженность всего острова в этом направлении около 1100 км; центральную и северную части занимают горы, окруженные холмистыми равнинами, сменяющимися у побережья заболоченными низменностями).
    По его данным, остров сдвинут на 4° к северу от истинного положения. Как и Ибн Маджид, Сулейман представлял себе о. Макасар, т. е Сулавеси, единым островом. Диапазон широт (3° ю. ш.— 5°30' ю. ш.), определяющий его положение, позволяет предположить, что арабы считали его большим островом, вытянутым по меридиану на 300 км. В действительности Сулавеси, значительно более крупный и длинный, имеет огромные восточные «отростки». Словом, знания арабов даже о крупнейших островах Индонезии, не говоря о «мелочах», были к началу XVI в. недостаточно четкими, хотя и более точными, чем сведения португальцев.

    Сулейман действовал примерно на полвека позже Ибн Маджида, но на его работе не отразилось какое-либо влияние португальцев, с которыми во время своих плаваний он, несомненно, должен был входить в контакт. Его опись, без учета больших участков с неравномерным распределением пунктов, охватила около 7500 км африканского берега, более 500 км побережья Индии и 200 км западного берега Юго-Восточной Азии. Его труд, безусловно, заслуживает хорошей оценки даже с позиции наших дней, но сам он не был им удовлетворен и написал две другие работы, которые все же не могут заменить главную. В истории географических исследований имя Сулеймана по праву должно занять высокое место.

     

     

    Ал-Ваззан (Лев Африканец) в Северо-Западной Африке

     

     

    Схема орографии Атласа

    О последнем крупном представителе арабской «сухопутной» географии первой половины XVI в. Гассане Ибн Мухаммаде ал-Ваззане известно значительно больше, чем о Сулеймане. Еще мальчиком ал-Ваззан начал работать нотариусом в марокканском г. Фее, расположенном в северных предгорьях Среднего Атласа. С 1510 г., когда ему было 15 16 лет, по 1513 г. он выполнял дипломатические поручения султана Феса и побывал на Атлантическом побережье Марокко, в нескольких местах пересек западную часть Высо-кого Атласа и Антиатласа в бассейнах рр. Дра и Зиз, а также северную часть пустыни Эрг-Игиди (у 30° с. ш.). Он ознакомился со многими пунктами в горных цепях Эр-Риф и Тель-Атлас. Около полутора лет (конец 1513 г. — начало 1515 г.) ушло у него на путешествие через Западную Сахару на средний Нигер. Между 1516 и 1520 гг. на торговых судах ал-Ваззан обошел Средиземноморское побережье Туниса, Ливии и Египта и с караванами, возможно, доходил до северной части пустыни Большой Восточный Эрг. На обратном пути у о. Джерба, в заливе Габес, он был захвачен сицилийскими корсарами, продан в Неаполе в рабство и в качестве подарка попал в Рим к папе Льву X, умершему в 1521 г. По крещении ал-Ваззан, получив имя Джованни Леоне (он называл себя также Лев Африканец), стал преподавать в Болонье арабский язык, а затем вернулся в Рим и к весне 1526 г. закончил свою «Историю и описание Африки...», написанную на итальянском языке в основном по личным наблюдениям.

    В работе содержится описание ряда государств, районов, городов, деревень и проживающего в них населения той части континента, которую мы ныне называем Северо-Западной Африкой. Пытаясь дать общую характеристику горной страны Атлас, ал-Ваззан ошибочно принимает мыс у 25° в. д. за ее восточное окончание, т. е. увеличивает длину в 1,5 раза. Он, естественно, не выделяет в Атласе крупные хребты, а дает скупые, но в определенной степени правильные описания отдельных заметных гор или коротких хребтов. Из этих зарисовок с небольшими коррективами можно получить относительно верное представление о главных составных частях Атласа. Ал-Ваззан охарактеризовал Высокий Атлас по всей длине (около 700 км), отметил его высшую точку— «Никогда я не видел более высокой горы...» (гора Тубкаль, 4165 м) —и еще две-три другие вершины. Он кратко описал несколько пересыхающих рек, стекающих с хребта, в том числе Сус и ее низменную долину Тен-сифт, Эль-Абид (левый приток Умм-эр-Рбия), Дра, Зиз и Гир.

    Дра - самый длинный (1150 км) западносахарский уэд - «летом... настолько пересыхает, что человек, переходя его, не замочит обуви, но так увеличивается зимой, что пересечь его нельзя и на лодке».
    Описав с запада на восток ряд хребтов южнее Высокого Атласа, ал-Ваззан практически охарактеризовал Антиатлас по всей длине - около 600 км, а далее к югу отметил «жаркие и сухие местности, орошаемые небольшим количеством рек,.. некоторые проходят по... пустыням и теряются в песках, другие порождают многочисленные озера». Так р. Зиз (Эд-Дуара) пересекает каменистую «пустыню и впадает в озеро (у 29°30' с. ш) среди песчаной пустыни», р. Гир (Саура, длина 600-900 км) течет «на юг через [каменистую] пустыню и впадает у 27° с. ш. в озеро среди [песчаной] пустыни». Наши карты Северо-Западной Африки подтвержают его наблюдения. Между побережьем Атлантики и Атласскими горами он отметил несколько низменных равнин, пересекаемых рр. Умм-эр-Рбия, Себу с притоком Бет и рядом более коротких рек.

    К северу от Атласа он описал небольшие холмы и долины, а за ними «более удобные» для посевов горы, прорезанные [короткими] реками, которые впадают в Средиземное море. Страна Эр-Риф с арабского (
    «Приморский район», «Ривьера») принадлежит, по ал-Ваззану, «народу, живущему в горах, расположенных у... моря». Он верно определил протяженность (300 км) этой горной цепи Эр-Риф от Гибралтара до р. Мулуи и правильно посчитал ее частью Атласских гор. Он довольно точно указал исток Мулуи и отметил, что она проходит «через ненаселенные и сухие равнины...», т. е. северо-западную часть Высоких плато; ее правый приток За, пересекающий «равнину, глубок и богат рыбой... никогда я не видел его воды мутными и загрязненными». Характеристика Тель-Атласа, приморских хребтов, входящих в систему Атласских гор, сравнительно точна и позволяет сделать вывод, что он имел представление обо всей этой горной стране (1200 км) и о ее реках, в том числе главной р. Селе (Шелифф, длина 700 км).

    Ал-Ваззан скорее всего не был на Высоких плато и в Сахарском Атласе: чрезвычайно скупые сведения о ряде населенных пунктов этой части Атласской страны он получил явно из вторых рук. Правда, он верно описал «высокие горы Орес [вершина 2328 м], на юге граничащие с Нумидийской пустыней». Возможно, он проникал в эту пустыню до г. Туггурт (у 33° с. ш. и 6° в. д.), по почему-то ни слова не говорит о соленых озерах Шотт-Мельгир и Шотт-Джерид. Он, вероятно, побывал в г. Нефта (у западного побережья Шотт-Джерид) и отмечает, что город стоит на «определенной реке». Упоминает он также горы Демер и Джебель Нефуса, ошибочно считая их продолжением Атласа.

    Книга ал-Ваззана, в которой дана пусть скупая, но довольно верная физико-географическая характеристика региона площадью около 0,6 млн. кв. км, выделенного впоследствии в особую природную область континента, впервые опубликована в 1550 г., а затем многократно переиздавалась на нескольких европейских языках — последние издания на французском (1956 г.) и английском (1963 г.).

     

     








    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru