исполнить цепочку-на главную в кубрик-на 1 стр.
  • главная
  • астрономия
  • гидрометеорология
  • имена на карте
  • судомоделизм
  • навигация
  • устройство НК
  • памятники
  • морпесни
  • морпрактика
  • протокол
  • сокровищница
  • флаги
  • семафор
  • традиции
  • морвузы
  • форум
  • новости флота
  • новости сайта
  • кают-компания





  •  

    Княгиня Дарья Олсуфьева,
    ХХ век

     

    Александр Альбов

    Олег Красницкий

     

     

     

     

     

       Отшумела Вторая мировая война, самая кровопролитная в истории человечества. Коалиция в лице СССР, США и Англии одержала тяжелую победу над «осью зла» Германия – Италия – Япония. Под занавес войны США сбросили две атомные бомбы на беззащитные японские города, чем заявили свою претензию на звание исключительной нации, владеющей атомным оружием. Однако всего через четыре года, в 1949 году, СССР провел испытание своей атомной бомбы, чем восстановил ядерный паритет с США. Но увы, в то время у страны не было средств доставки ядерного заряда к цели, ничего из нынешней ядерной триады – ни дальней авиации, ни атомных подводных лодок, ни баллистических ракет. В распоряжении генералов была только дальнобойная артиллерия, а «самой дальнобойной» артиллерией в то время были оснащены линейные корабли.

       На Тегеранской конференции в конце 1943 года Сталин настоял на разделе итальянского и немецкого флотов между союзниками по антигитлеровской коалиции.

       10 января 1947 года в Совете министров иностранных дел союзных держав было достигнуто соглашение о распределении передаваемых итальянских кораблей между СССР, США, Великобританией и другими странами, пострадавшими от агрессии Италии. Так, например, Франции были выделены четыре крейсера, четыре эсминца и две подводные лодки, а Греции - один крейсер. Линейные корабли вошли в состав групп "A", "B" и "C", предназначенных для трех главных держав. Советская сторона претендовала на один из двух новых линкоров, по своей мощи превосходивших даже германские корабли типа "Бисмарк". Но поскольку к этому времени между недавними союзниками уже начиналась холодная война, ни США, ни Англия не стремились усиливать ВМФ СССР мощными кораблями. Пришлось союзникам делить между собой флоты Германии и Италии путем элементарной жеребьевки, и СССР получил группу "C". На долю страны пришлись линейный корабль, легкий крейсер, 9 эсминцев и 4 подлодки, не считая мелких кораблей. Новые линкоры типа «Литторио»достались США и Англии (позже эти линкоры были возвращены Италии в рамках партнерства по НАТО). Советский Союз претендовал на новые линкоры, однако ему достался лишь устаревший «Джулио Чезаре»постройки 1915 года. Водоизмещение корабля составляло 24000 тонн, он мог развивать достаточно высокую скорость в 22 узла. Линкор был хорошо вооружен: имел два трехствольных и три башенных орудия, три торпедных аппарата, зенитные установки и крупнокалиберные пулеметы.

     

    * * *

     

       Летом 1949 года на террасе виллы, расположенной на берегу Средиземного моря, в Итальянской Ривьере, сидели князь Джунио Валерио Боргезе, высокий и худощавый мужчина аристократической внешности, и его жена, графиня Дарья Васильевна Олсуфьева стройная красавица с лицом славянского типа, прапраправнучка российского императора Александра I.

       Князь Боргезе по прозвищу «черный князь» был гениальным подводником, королем диверсантов, убежденным фашистом. В 1945 году Боргезе был обвинен в уничтожении 800 партизан и приговорен судом к 12 годам тюремного заключения. Отсидев три года в главной римской тюрьме, по амнистии 1948 года он вышел на свободу. После этого в печать лишь изредка просачивались сообщения о банкетах, которые устраивал князь в честь своих друзей. Среди них — высшие офицеры армии и флота, финансовые и промышленные магнаты, депутаты парламента от неофашистской партии. Организуемые им банкеты и встречи, а также поездки по Италии служили одной цели: поиску нужных людей, готовых финансировать его будущую деятельность. Таковыми стали миллиардеры Монти, Пезенти и им подобные.

       Разговор не клеился. Джунио вдруг откинул газету и разразился тирадой:

    - Нет, ты только подумай, «По решению Тройственной комиссии» наш линкор «Джулио Чезаре» отходит СССР и станет флагманским кораблем Черноморского флота. «Юлий Цезарь» - глава коммунистов в тельняшках! Куда катится мир!? А еще, я слышал, Советы хотят оснастить «Чезаре»атомным оружием. Для этого они используют крупнокалиберные пушки, стреляющие тяжелыми снарядами на большие расстояния. Наш линкор для этой цели подходит идеально. Это будет катастрофа для всей Европы!

    - Дорогой, я тебе уже говорила, что история с интернированием «Чезаре» - это национальный позор для Италии, и ты просто должен возродить былую славу Италии. Былую — это значит славу времен Рима, времен Гнея Корнелия Сципиона Кальвы и Октавиана Августа!

    - Ха! Легко сказать!3 февраля этого года в албанском порту Влера состоялась передача линкора «Джулио Чезаре» советской комиссии. Над кораблем подняли военно-морской флаг СССР, а еще через две недели он вышел в Севастополь, где ему присвоили название «Новороссийск». Не хочешь ли ты сказать, что я должен ехать в Севастополь, чтобы подорвать «Чезаре»?

    - Да, именно это я и хочу сказать.

    - Ты не понимаешь, для этого нужны силы и средства, а еще самая тщательная подготовка операции. Силы – это люди, средства – это техника. Как ты знаешь, мой отряд боевых пловцов под названием «Дечима МАС», или «Десятая флотилия флотилия штурмовых средств», был расформирован в 1945 году.

    - Да, но ты до сих пор переписываешься с некоторыми из своих боевых товарищей.

    - Не с некоторыми, а только с двумя, с Николо де ла Пенне и Уго де Эспозито. Я с ними знаком еще с военных времен, когда «Дечима МАС» принимала участие в осаде Севастополя, базируясь в портах Крыма. Только на этих трех я сйчас и могу положиться.

    - Ну, где два, там и двадцать. А теперь по поводу техники. Не прибедняйся, я знаю и помню всё. Знаю, как ты получил под свое командование самую современную малую подлодку "Шире", словно заговоренную, поскольку она возвращалась невредимой из каждого боевого похода. Как в декабре 1941 года итальянцы на карликовых подводных лодках скрытно проникли в гавань Александрии и прикрепили магнитные мины к днищам английских линкоров «Вэлиэнт» и «Куин Элизабет». Гибель этих линкоров позволила итальянскому флоту на долгое время перехватить у англичан инициативу в Средиземном море.Как20 сентября 1941 года наши боевые пловцы напали на британские корабли в Гибралтаре, но один экипаж «людей-лягушек» не нашел в темноте линкор «Нельсон», зато другие прикрепили заряды к двум танкерам: к корме «Фиола шелл» и к винтам «Дюрхема». После этого успеха итальянские подводники вызвали горячий интерес у короля Виктора Эммануила, который удостоил тебя личной аудиенции. Тебе было предложено создать первую в мире флотилию морских диверсантов-подводников. Для нее были созданы сверхмалые подводные лодки, специальные управляемые торпеды, пилотируемые взрывающиеся катера. И, самое главное, всё это оборудование после окончания войны никуда не исчезло, оно и ныне бережно сохраняется.

    - Теоретически, подводный крейсер мог бы доставить боевых пловцов на максимально близкое к Севастополю расстояние, чтобы те осуществили диверсию. С учетом боевого потенциала наших первоклассных аквалангистов, пилотов малых подлодок и управляемых торпед…

    - Но как мы доставим к месту подводный крейсер?

    - Допустим, из некоего итальянского порта выйдет обычный грузовой пароход, взяв курс на один из днепровских портов под погрузку пшеницы. Придя в заданную точку, пароход выпустит из специального люка в днище мини-субмарину и уйдет дальше своим курсом. Но это все обнаружит таможенная служба русских в порту прихода, а в СССР таможенники работают очень профессионально!

    - Нет, мы сделаем это иначе. Советский Союз после войны лежит в развалинах. Мы отправим оборудование по железной дороге в частично разобранном виде на один из украинских заводов в Николаеве или Херсоне, якобы для ремонта, как оборудование для химического завода. Они не могут не ухватиться за идею заработать немного валюты. Но поезд до места назначения не дойдет, разгрузится где-нибудь в степи, недалеко от моря и от Севастополя.

    - Толково придумано. Однако времени на подготовку уйдет уйма. Все операции мы всегда проводили только после тщательной разведки и никогда «вслепую». Для того, чтобы заминировать корабль такого класса в охраняемой гавани, необходимо собрать полную информацию о местах стоянки, режиме охраны, выходах кораблей в море и так далее. Сделать это без резидента с радиостанцией в самом Севастополе или где-то рядом невозможно. Но где мы возьмем такого резидента в одном из самых охраняемых городов СССР, до предела напичканном агентами КГБ и контрразведки?

    - Мне кажется, я и в этом смогу помочь. В ноябре 1920 года, когда наша семья эвакуировалась из Севастополя, в городе осталась моя младшая сестра – Юлия Олсуфьева. Она заболела тогда тифом и не выдержала бы морского путешествия. Мы пристроили ее на попечение дворника, который служил в доме напротив Графской пристани, с видом на бухту. Так вот, дворник выходил сестренку Юлию, и она по сей день живет в том же доме. Я списалась с ней. Вот ее самый первый «доклад».

       С этими словами Дарья протянула мужу листок бумаги. Вот, что Боргезе прочитал:

       «Корабль был передан итальянцами советским морякам в запущенном состоянии. Многие обслуживающие механизмы требовали серьезного ремонта или замены. Поэтому, когда «Новороссийск» обосновался в Севастополе, командование Черноморским флотом отдало приказ - в кратчайшие сроки превратить корабль в полноценную боевую единицу. Дело осложнялось тем, что часть документации отсутствовала, да и военно-морских специалистов, владевших итальянским языком, в СССР практически не было. Я устроилась переводчицей и получила общее впечатление о состоянии дел. В августе 1949 года «Новороссийск» принял участие в маневрах эскадры в качестве флагмана. Впрочем, его участие было скорее номинальным, поскольку за три отпущенных месяца привести линкор в порядок не успели. Однако политическая обстановка требовала продемонстрировать успехи советских моряков в освоении итальянских кораблей. В составе эскадры линкор, непригодный, по сути дела, к нормальной эксплуатации, подошел к турецким берегам, дождался появления самолета НАТО, убедившегося, что «Новороссийск» плавает, и вернулся в Севастополь. Впоследствии линкор восемь раз находился в заводском ремонте. На нем установили 24 спаренные установки советских 37-миллиметровых зенитных пулеметов, новые радиолокационные станции, переделали фок-мачту, модернизировали приборы управления стрельбой главного калибра, средства радиосвязи и внутрикорабельной связи. И, в частности, установили новые турбины Харьковского завода, благодаря чему линкор показал скорость не 22, как раньше, а 27 узлов. На данный момент, несмотря на преклонный возраст, это самый сильный по артиллерийскому вооружению боевой корабль в СССР».

    - Я не сомневался, что большевики распорядятся «Чезаре» наилучшим для себя образом, но что это нам дает?

    - Чем жирнее кусок, тем слаще во рту.

    - К тому же подготовку к подобной операции следует держать в тайне и от союзников, в первую очередь от США. Легко догадаться, что произойдет, если итальянских диверсантов схватят за руку. Ответственность за диверсию все равно ляжет на государство - на Италию. Узнай американцы о готовящейся диверсии, они наверняка воспрепятствуют этому - в случае провала США долго не смогли бы отмыться от обвинений в разжигании войны. Совершать подобную вылазку против страны, обладающей ядерным оружием, в разгар холодной войны было бы безумием.

    - Оставим богу богово, кесарю кесарево, а политикам – политиково.

    - И еще, нам надо решить чисто инженерную задачу – как подорвать и потопить такой большой корабль малым количеством заряда, которое мы сможем спрятать и привезти на поезде.

    - Я, конечно, ничего не смыслю в этих вопросах, но позволю себе напомнить, что в феврале 45-го года в результате воздушного налета авиации союзников линкор получил значительные повреждения в носовой частиот близких разрывов трех бомб и ушел в Специю на длительный ремонт. Значит, у корабля есть слабое место, своего рода Ахиллесова пята. Стало быть, нам надо направить всю силу взрыва именно на это место, на носовую часть.

    - Нам? Удивленно переспросил Боргезе.

    - Да, я хочу принять личное участие в операции.

    - Знаешь ли ты, сколько для этого надо тренироваться?

    - Ничего, я справлюсь. Спешить нам некуда.

       И началась долгая и тщательная подготовка операции. Боргезе удалось собрать восемь бывших соратников. Вместе они разработали конструкцию свехмалой четырехместной подводной лодки «Пикколо»водоизмещением 30 тонн и таких размеров, чтобы в разобранном виде ее можно было перевезти по железной дороге. Соединения конструкций предусматривались на болтах, а не сваркой, чтобы собрать все в единое целое можно было «в чистом поле». Ради секретности корпусные конструкции Боргезе заказал на разных заводах.

       Инженерную задачу четко сформулировал взрывник Николо де ла Пенне:

    - Нам надо создать гидродинамический удар путем взрыва двух малых зарядов, установленных под днищем линкора. Этим мы создадим взрыв, направленный вверх. Если я не ошибаюсь в расчетах, он пробьет насквозь корпус «Чезаре» до верхней палубы. Первый взрыв не сможет нанести повреждения, гибельные для корабля, но созданная им в толще воды каверна (полость) сыграет роль концентратора энергии взрыва второго боеприпаса, придав ему кумулятивный эффект. Направленный к поверхности моря выход энергии второго взрыва вызовет смещение корпусных конструкций и захват массой воды придонного ила и выброс его через сквозное отверстие на палубу корабля.

    - Надеюсь, на «Новороссийск» не перешел девиз «Джулио Чезаре» «Чтобы выдержать любой удар» - мрачно пошутил князь Боргезе.

       Все это время графиня Дарья Олсуфьева упорно, целыми днями, тренировалась в использовании легководолазного снаряжения.

       К 1955 году все было готово. В сентябре поезд тронулся на Украину. Миновав Одессу, он свернул на восток и остановился в глухой степи между Николаевом и Херсоном. Перевозимые конструкции выгрузили на на безлюдной косе, где стоял одинокий маяк. Это тоже придумала Дарья. Во-первых, маяки – полусекретные сооружения, и около них обычно нет праздношатающейся публики. Во-вторых, на маяках всегда есть телефонная связь, а это даст возможность через Юлию Олсуфьеву знать все, что происходит в Севастополе. Смотрителю маяка дали денег за молчание. Работали только ночью, днем накрывали место сборки маскировочной сетью.

       Через три недели подводная лодка была собрана и испытана. А 26 октября 1955 года от Юлии Олсуфьевой поступил долгожданный звонок из Севастополя. Корабли дивизии охраны водного района (брандвахта), чьей обязанностью было стеречь вход на главную базу Черноморского флота, ушли в Балаклаву для обеспечения полетов гидроавиации. Дозорный корабль ушел для обеспечения полетов в район Лукулла и Бельбека. Внешний рейд никем не охранялся; сетевые ворота были распахнуты, а шумопеленгаторы бездействовали. Таким образом, Севастополь оказался беззащитен, теоретически, любая подлодка вполне могла войти в бухту. Вечером 28 октября линкор вернулся из похода для участия в празднованиях по случаю столетия обороны Севастополя и занял место в Северной бухте на «линкорной» бочке № 3 в районе Морского госпиталя, примерно в 100 метрах от берега.

    - Настал наш час – с пафосом сказал Боргезе. - Выдвигаемся!

       Все прошло так, как расписал де ла Пенне. Линкор «Новороссийск» в 01:31 по московскому времени был подорван двумя боеприпасами, расположенными в районе диаметральной плоскости корабля в носовой части на незначительном расстоянии друг от друга. Взрывы боеприпасов произошли с коротким временным интервалом, не превысившим десятых долей секунды, что обусловило создание кумулятивного эффекта и нанесение повреждений, в результате которых корабль опрокинулся, перевернувшись вверх килем через левый борт, и спустя некоторое время затонул

    .

    Дарья. Женщины-пираты

     

       Через месяц князь Джунио Валерио Боргезе и его жена, графиня Дарья Васильевна Олсуфьева снова сидели на террасе виллы, расположенной на берегу Средиземного моря, в Итальянской Ривьере. Естественно, случившаяся трагедия в СССР была государственной тайной, и в советских газетах о ней не было ни слова. Но европейские газеты с удовольствием смаковали все подробности. Князь Боргезе просуммировал все прочитанное в газетах для своей жены Дарьи:

       «Взрывом, пробившим насквозь корпус «Новороссийска», выбросило на палубу десятки тонн ила. С правого борта в подводной части корпуса образовалась пробоина площадью более 150 квадратных метров, а с левого борта и вдоль киля - вмятина со стрелкой прогиба от двух до трех метров. Общая площадь повреждений подводной части корпуса составила около 340 квадратных метров на участке длиной 22 метра. В образовавшуюся пробоину хлынула забортная вода, и через 3 минуты возник крен в 3-4 градуса на правый борт. Вскоре крен достиг 10-12 градусов, спустя 10 минут он возрос до 17 градусов, тогда как критическими были 20 градусов. Еще через полчаса корабль лег на борт и перевернулся.

       После того как «Новороссийск» ошвартовался, часть экипажа съехала в увольнение. На борту оставались более полутора тысяч человек. Почти сразу на месте катастрофы собралось практически все командование Черноморским флотом, включая 28 старших офицеров штаба. «Новороссийск» стал опрокидываться кверху днищем. Команды эвакуировать незанятых борьбой за живучесть моряков так и не последовало. Несколько десятков человек успели перебраться в шлюпки и на соседние корабли, сотни моряков посыпались с палубы в воду и были подмяты корпусом гибнущего линкора, но очень многие остались внутри корабля. Часть из них долгое время держалась в воздушных подушках отсеков, но спасти удалось лишь девять человек: семь вышли через прорезанную в кормовой части днища горловину спустя пять часов после опрокидывания, и еще двух вывели через 50 часов водолазы. Только к 1 ноября водолазы перестали слышать стуки изнутри. Всего при катастрофе погибло 614 человек.

       Правительственная комиссия по разбору причин катастрофы признала наиболее вероятной ее причиной взрыв немецкой магнитной мины типа RMH или LMB, оставшейся на грунте после Великой Отечественной войны. Конечно, часть мин сработала еще в период боев, другие были извлечены и обезврежены уже после освобождения Севастополя в 1944 году. После войны севастопольские бухты и рейд регулярно протраливались и осматривались водолазными командами. Последнее такое обследование было проведено в 1951-1953 годах. Однако позже, уже после взрыва линкора, в Севастопольской бухте обнаружили еще 19 немецких донных мин, в том числе три - на расстоянии менее 50 метров от места гибели линкора. Правда, источники электропитания вытраленных в 1950-х годах мин оказались разряженными, а взрыватели — неработоспособными.

       В документах комиссии подробно говорилось о тех, кто должен был, но так и не сумел организовать спасение экипажа и корабля. Комиссия также отметила «героизм моряков, сумевших в течение 165 минут бороться за живучесть корабля, получившего гибельные повреждения». Но все усилия личного состава были обесценены и сведены на нет преступно-легкомысленным, неквалифицированным и нерешительным командованием...»

       В 1956 году был снят с должности командующий ВМФ СССР адмирал Н.Г.Кузнецов. Политическую оценку этого шага дал в октябре 1957 года тогдашний лидер Советского правительства Никита Хрущев: «Мы провели большую борьбу, сняли Кузнецова… думать, заботиться о флоте, об обороне он оказался неспособным. Нужно все оценивать по-новому. Надо строить флот, но прежде всего строить подводный флот, вооруженный ракетами».

       Через некоторое время после гибели «Новороссийска» в итальянской печати промелькнуло сообщение о награждении орденами группы офицеров разведывательно-диверсионного подразделения под командованием князя Джунио Валерио Боргезе «за выполнение особого задания».О том, что это за задание, никто точно не знал, но газеты прозрачно намекали на то, что князь Боргезе, убежденный антикоммунист, якобы публично поклялся после передачи линкора СССР отомстить за такое унижение Италии.

       Сам он, оказавшись перед лицом суда как военный преступник, сказал просто: "Мои действия и действия моих людей, за которых я несу полную ответственность, всегда были в согласии с традициями итальянского отряда боевых пловцов Децима MAC, девиз которой «За честь и итальянский флаг».

    - И все-таки, мы это сделали! – сказала Дарья. Боргезе заметил блаженную улыбку на лице своей жены.

    - Я бы на твоем месте так не радовался. Я, конечно, убежденный фашист, но позволю себе напомнить, что мы с тобой убили сотни твоих соотечественников!

    - Ха-ха. Мои соотечественники кончились в 1917 году. Осталось взбунтовавшееся быдло. И если этого быдла стало на несколько сотен меньше, Господь бог на нас не обидится.

       «Вот же стерва» - подумал про себя Боргезе, а в слух сказал:

    - Но это быдло выиграло вторую мировую войну, хотя бы и ценой огромных жертв. А с недавнего времени обзавелось водородной бомбой.

    - Да плевать мне на их бомбы. Я люблю красивую жизнь – яхты, автомобили. А все остальное – катись оно к чертям с матерями.

    - И все же, я бы на твоем месте поостерегся. Вспомни судьбу Льва Троцкого, закончившего свой жизненный путь с ледорубом в голове в своем доме в Мексике. А Италия гораздо ближе к России, чем Мексика.

       Дарья скорчила гримасу и приумолкла. А в 1963 году графиня Дарья Васильевна Олсуфьева погибла в автокатастрофе, сорвавшись на своем «Феррари» с обрыва на приморском шоссе в Итальянской Ривьере. Полицейский инспектор вызвал Боргезе по телефону к месту трагедии и молча вручил ему знак, найденный полицией в руке покойной. Это была Георгиевская лента с металлическим значком в виде накренившегося корабля. Вернувшись домой, князь полез в каталоги и вскоре выяснил, что это памятный знак комитета ветеранов «Новороссийска».

       Князь Боргезе вскоре после этого счел за лучшее переехать из Италии в фашистскую Испанию, в Кадис, где прожил еще довольно долгую жизнь, но умер 26 августа 1974 года также при чрезвычайно странных обстоятельствах. Он утонул в запертой изнутри ванной комнате. Когда гроб с телом Боргезе был доставлен из Мадрида в Рим, вокруг него собрались все те, кто долгие годы заявлял, что ничего общего не имеет с князем и его делами. А спустя некоторое время на надгробии Боргезе появилась та же ленточка с тем же значком.

       На старинном братском кладбище в Севастополе высится памятник: 12-метровая фигура скорбящего матроса с надписью: «Родина — сыновьям». На стеле написано: «Мужественным морякам линкора «Новороссийск», погибшим при исполнении воинского долга 29 октября 1955 года. Верность военной присяге была для вас сильнее смерти». Фигура матроса отлита из бронзы винтов линкора…

     







    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru