фл.семафором якорь
исполнить цепочку-на главную в кубрик-на 1 стр.
  • главная
  • астрономия
  • гидрометеорология
  • имена на карте
  • судомоделизм
  • навигация
  • устройство НК
  • памятники
  • морпесни
  • морпрактика
  • протокол
  • сокровищница
  • флаги
  • семафор
  • традиции
  • морвузы
  • моравиация
  • словарик
  • мороружие
  • кают-компания


  •  

     

     

     

    Страницы "Истории пиратства" - по книге "Пираты, флибустьеры. Детская энциклопедия".
    Текст подготовлен в данной книге
    Ларисой Бурмистровой и Виктором Морозом.

    "История пиратства"


     
    Золотой век пиратства - II

    Пиратские республики

     



    Панамский поход Моргана

     


    Пираты умеют быстро захватывать добычу и столь же быстро с ней расставаться. Прошло совсем немного времени, как люди Моргана поделили награбленное. Уже успев все пропить и прогулять, они стали уговаривать Моргана отправиться в новый поход. После некоторых колебаний Морган согласился. Со всех концов Карибского моря на кораблях и на лодках прибывали к Моргану флибустьеры.
    На этот раз под его командованием собралось более 2000 флибустьеров на 37 кораблях, на самом большом из которых находилось 32 пушки. Пираты были хорошо вооружены и имели большой запас пороха, ядер и пуль.
    Морган решил, что он может совершить поход, который обогатит его и товарищей на всю жизнь.

    Он разделил свой флот на две эскадры, себе присвоил звание адмирала, а командующему другой эскадрой — звание вице-адмирала. Пользуясь полномочиями, самовольно предоставленные ему губернаторам Ямайки, Морган раздал множество чинов офицеров, распределил обязанности и сразу обговорил условия дележа добычи. Теперь все было готово к походу.

    Для нападения Морган выбрал Панаму — город богатый и потому хорошо охраняемый. В городе насчитывалось около 2 тысяч больших домов. Украшали Панаму великолепные церкви, монастыри и собор с огромным куполом. Город считался складом мексиканского серебра и перуанского золота. Панамские купцы были очень богаты. Неподалеку от города, на островах, самые преуспевающие жители имели дачи.

    Панаму окружали вал и стены. Взять город было неимоверно сложно, но зато и добыча предполагалась огромная. Панама располагалась на большом расстоянии от моря, а дороги к городу никто из пиратов не знал. Чтобы добыть проводников, Морган решился ехать на остров Санта-Катарина, место ссылки испанских преступников. Когда 1000 флибустьеров высадилась на остров, испанский гарнизон пришел в ужас от такого количества пиратов и сдался без боя.
    Для спасения чести гарнизона испанцы договорились с пиратами разыграть мнимое сражение. Испанские пушки и корабли стреляли без заряда, комендант дал взять себя в плен. Пираты, боясь подвоха, заряжали свои оружия по-настоящему, но стреляли в воздух. Но испанцы и не думали сопротивляться. За несколько часов пираты захватили 10 фортов, а раненых и убитых ни у одной из сторон не было. Пираты перевезли на свои корабли оружие из фортов и выбрали среди испанцев троих проводников, хорошо знающих местность.

    Сначала флибустьеры должны были захватить форт Сан-Лоренцо на реке Чагере. Морган направил к форту 400 человек во главе со смельчаком Бордели. Остальные пираты остались в Санта-Катарине. По замыслу адмирала, им нужно было как можно дольше скрывать истинную цель своего похода и убедить испанцев, что они хотят взять форт.

    Победа далась флибустьерам непросто. Сан-Лоренцо находился на высокой горе около устья реки. Долгое время разбойники не могли даже приблизиться к форту. Испанцы стреляли по неприятелю из пушек и ружей, а стрелы индейцев достигали цели точнее всяких пуль. Испанцы одерживали верх и надсмехались над флибустьерами: «Хотите идти на Панаму? Вздор! Здесь, под стенами этого форта, погибнете все до единого...». Выяснилось, что испанцы каким-то образом прослышали о готовящемся походе.
    Флибустьеры несли большие потери. Так продолжалось до тех пор, пока одному из пиратов не пришла в голову оригинальная идея. Он предложил оборачивать стрелы индейцев хлопчатой бумагой, поджигать ее и бросать в форт. Горящие стрелы стали попадать в крыши домов, покрытые пальмовыми листьями. Вспыхнуло множество домов, взорвался пороховой ящик.

    Затем пираты подожгли деревянные
    палисады. Теперь, несмотря на то, что Бордели ядром оторвало обе ноги, пираты не сомневались в успехе. Вскоре они овладели фортом. Пиратами были взяты в плен 24 испанца — это все, что осталось от гарнизона из 340 человек.
    Панамский обер-президент, прослышав о нападении, предпринял меры предосторожности и увеличил численность гарнизона. Сам обер-президент во главе армии из 3600 человек ждал пиратов перед городом. В том числе в его войска входили: 400 человек кавалерии, 600 индейцев, 200 мулатов. Охотники за буйволами в случае нужды были готовы выпустить на флибустьеров 2000 диких животных.

    Морган с оставшимися пиратами был несказанно обрадован вести о взятии форта. С берега к кораблям были отправлены лоцманы. Но пираты спешили к форту, чтобы самим убедиться в победе их товарищей. В результате четыре корабля, в их числе и адмиральский, сели на мель. Морган не придал этой потере никакого значения.
    В Сан-Лоренцо Морган оставил 500 флибустьеров. Теперь пиратам предстоял главный поход — на Панаму. 18 января 1671 года Морган во главе 1300 флибустьеров отправился в путь.

    Пираты стремились как можно скорее достичь цели своего похода, потому плыли налегке, еды с собой взяли мало, надеясь без проблем запастись ее в дороге. Но они ошиблись. Жители прибрежных городов были осведомлены о приближении многочисленной пиратской армии. Они успели вынести из домов все драгоценности, еду и даже домашнюю утварь. Запасы еды у пиратов быстро закончились, но ради богатой добычи они были готовы терпеть любые лишения, не только голод.
    Путь флибустьеров проходил по реке, но в Ла-Крукс-де-Хуан-Таллиего она так обмелела, что пираты были вынуждены оставить корабли и лодки и идти вдоль берега пешком. По реке плыли легкие суда. Там, где река становилась глубже, пираты садились в лодки и проплывали небольшую часть пути. На третий день пути пираты достигли леса. Пищи по-прежнему не хватало. Приходилось даже жевать листья, собирать корешки, травы.

    Пираты миновали Торна-Каваллосе, Торна-Мунни, Барбакоа, — и нигде им не удалось найти съестных припасов. Совершенно случайно они обнаружили в пещере два мешка муки, несколько плодов и два больших сосуда с вином. Но этого было слишком мало, так что находка не вызвала особой радости. Флибустьеры поделили ее между слабыми. Даже Морган отказался от своей доли.
    Пираты очень медленно продвигались к намеченной цели, постоянно останавливались, отдыхали. Среди разбойников появились и недовольные, которые стали осуждать Моргана за столь дерзкий план. Были предложения повернуть назад. Но большинство пиратов выступало против возвращения, они не хотели отказываться от похода, ради которого уже перенесли столько лишений.

    На девятый день пути пираты вышли к холму, с которого открывался вид на
    Южный океан. Это означало, что они близки к цели своего похода. В соседней долине разбойники заметили стада крупного рогатого скота, лошадей, ослов. Пастухи при виде пиратов немедленно убежали, бросив скот. Только теперь, впервые с начала похода, пираты смогли вдоволь наесться.
    К вечеру девятого дня пути с вершины холма пираты увидели башни города. Это была Панама. Восторг пиратов невозможно передать. Флибустьеры расположились на ночлег, намереваясь на следующее утро приступить к штурму города.

    В городе беспокоились. Нападения пиратов ожидали уже несколько дней. Сначала испанцы выслали 50 кавалеристов. Они приблизились на ружейный выстрел и стали убеждать пиратов, что у них нет шансов взять город и самое разумное для них — сдаться.
    За ними из Панамы вышло 200 человек пехоты. Им было приказано занять все проходы и закрыть разбойникам пути к отступлению. В своей победе испанцы не сомневались. Флибустьеры относились довольно спокойно ко всем приготовлениям неприятеля. Для них было важнее всего хорошо подкрепиться, и они ели сырое мясо. Огонь разводить Морган запретил.

    27 марта 1671 года рано утром под звуки музыки флибустьеры направились к городу. Испанцы приготовились к бою. Но разбойники внезапно свернули с прямой дороги. По совету одного из проводников они решили пройти через густой лес, в котором не было ни единой тропинки, и подойти к Панаме с другой стороны. Испанцы не предвидели такого поворота событий. Теперь несколько батарей и укреплений, установленных на дороге, стали ненужными. Перевезти пушки в другое место у испанцев не было времени.
    Через два часа пути пираты вышли к городу. На равнине они увидели армию противника, одетую в разноцветные шелковые ткани. Войско испанцев состояло из 2400 пехотинцев, 400 кавалеристов и 2000 диких быков, которыми управляли индейцы и негры. Армия была выстроена в правильный боевой порядок и готова к бою. Возглавлял войско панамский обер-президент.

    Увидев такое многочисленное войско, пираты испугались, их охватила паника. Однако пути к отступлению были отрезаны, и им не оставалось ничего другого, как идти вперед. Они разделились на три отряда, вперед послали 200 искусных стрелков.
    Между тем губернатор приказал кавалеристам вклиниться в ряды неприятеля, а затем выпустить на него быков. Но этот план оказался для испанцев неудачным.
    Конники передвигались по болотистой местности довольно медленно. Этим тут же воспользовались 200 стрелков. Расположившись за болотом, они вели по неприятелю беспрерывный и меткий огонь. Почти все выстрелы пиратов достигали цели. Кавалеристы падали один за другим. Только пятидесяти удалось спастись бегством. Испанцы пустили в бой быков. В этот момент пиратам здорово пригодились навыки буканьеров. Они напугали быков криками и флагами, обратили в бегство и убили всех до единого.

    Битва продолжалась более двух часов. Обе стороны понесли ощутимые потери. Однако победа осталась за пиратами. Но было сделано лишь полдела. Разбойникам предстояло взять штурмом хорошо укрепленный город. Сил у них осталось мало, но медлить было нельзя. У испанцев появилась бы возможность укрепиться и тщательно подготовиться к штурму. Так что флибустьеры не стали терять времени и сразу ринулись на город. Пираты действовали хладнокровно и решительно, даже пушечная стрельба не могла их остановить. Три часа они с завидным упорством штурмовали город, пока, наконец, не достигли своей цели. Панама была покорена.

    Невозможно передать всеобщую радость, охватившую пиратов. Она была столь велика, что Морган даже испугался за последствия. Он опасался, что флибустьеры напьются без меры, а бдительность им никак нельзя было терять. Морган пошел на хитрость и объявил, что испанцы отравили все вина.
    Большинство жителей Панамы спаслось бегством. С собой они постарались забрать все драгоценности. Однако времени на сборы у горожан оставалось мало. До этого, хоть и было известно о приближении пиратов, мало кто верил, что разбойникам удастся взять хорошо защищенный город. Так что пиратам было чем поживиться.

    Морган приказал своим приближенным тайно поджечь город, обвинив в этом испанцев. Для чего он это сделал — остается неизвестным. Панаму подожгли со всех сторон, и в считанные минуты она была объята пламенем. Испанцы тушили город вместе с пиратами, не знавшими истинной причины пожара, но тщетно. Справиться с огнем было невозможно. Безжалостное пламя поглотило прекраснейшие дома, великолепную биржу генуэзцев, церкви, монастыри и множество других строений. На месте цветущего города остались горы пепла. Только немногие дома чудом уцелели.

    Флибустьерам пришлось грабить развалины, и получалось это у них довольно успешно. Пиратские отряды отыскивали в окрестностях города беглецов, пытавшихся укрыть свои богатства, ежедневно приводили новых пленных и приносили добычу. Как всегда, с пленниками пираты обращались безжалостно. Правда, иногда бывали исключения.

    Одна из женщин приглянулась Моргану, и он решил сделать ее своей — поселил отдельно, выделил прислугу и присылал пищу со своего стола. Через несколько дней Морган открыл пленнице причину своего великодушия. Бедняжка пришла в ужас, она достала скрытый кинжал и грозилась покончить собой, если Морган не оставит ее. Кинжал у пленницы тут же отняли, разъяренный Морган сорвал с нее одежду и велел запереть ее, полунагую, в подвал и давать самую непригодную пищу. Да и то лишь столько, чтобы она не умерла с голода.
    Пираты были очарованы красотой пленницы, они стали порицать жестокость Моргана. Ему в очередной раз пришлось соврать и сообщить всем, что девушка поддерживала тайную связь со спасшимися испанцами и затевала против пиратов недоброе.

    Среди флибустьеров росло недовольство Морганом. Часть разбойников сговорилась даже сбежать от него на самом большом корабле. Моргану удалось узнать о готовящемся побеге и предотвратить его. Он приказал срубить мачту на корабле и потопить мелкие суда, стоявшие в гавани.
    Около месяца прожили пираты в Панаме, нужно было возвращаться. Добычу, которую захватили разбойники, везли 175 лошадей и несли 600 пленников. Бедняки, среди которых находились старики, больные, матери с грудными детьми, умоляли пощадить их и оставить в городе. Морган обещал отпустить только тех, кто внесет выкуп. Просила о милости и красавица, приглянувшаяся адмиралу. Морган требовал за нее 30 тысяч пиастров. Девушка отправила за деньгами двух монахов. Они нашли деньги в указанном месте, но использовали их для выкупа своих друзей. И только когда ложь открылась, несчастную отпустили.

    Через несколько часов пути разбойники остановились. Морган приказал всем присягнуть, что они не утаили ни малейшей части добычи. Но этого адмиралу показалось мало, он велел обыскать платья и ранцы флибустьеров. При этом Морган разрешил осмотреть собственные карманы. Многим не по душе пришлось такое распоряжение начальника, раздавались даже угрозы в его адрес. Офицерам было приказано отбирать припрятанные вещи так, чтобы не видели другие флибустьеры, так что крупных скандалов удалось избежать.

    9 марта 1671 года пираты прибыли в Чагер. Испанцы отказались платить выкуп. Морган велел вынести из форта все пушки, а все остальное, что нельзя увезти с собой, поджечь и уничтожить.
    Поход в некогда цветущую Панаму был завершен. Теперь пиратам предстояло поделить награбленное. Каждому флибустьеру досталось всего лишь около 200 пиастров. И ради них пиратам пришлось пережить столько лишений! Морган обещал гораздо большую добычу. Флибустьеры были недовольны и стали открыто обвинять предводителя в сокрытии добычи. Многие пираты не видели при разделе предметов, которые они сами приносили. Опасаясь осложнений, Морган тайком пробрался на корабль и отплыл в сопровождении трех других кораблей, капитаны которых были с ним заодно и урвали солидный куш.

    Обманутые флибустьеры пытались догнать Моргана и атаковать его, но у них был очень небольшой запас провизии, и тягаться с Морганом они не могли. Тем временем Морган благополучно возвратился на Ямайку.
    У него еще были планы новых походов, однако английский монарх объявил, что намерен жить в мире с Испанией и строжайше запретил флибустьерам нападать на испанские корабли и владения. Морган решил больше не рисковать и жил спокойно на Ямайке, наслаждаясь своими богатствами. Он получил от английского короля рыцарское звание, а в конце жизни стал даже вице-губернатором Ямайки и судил своих бывших товарищей-флибустьеров.

     

    Это интересно !

    Аркебуза была прообразом мушкета. Это гладкоствольное оружие с фитильным замком появилось в XVI веке. У аркебузы был короткий ствол и изогнутый приклад. Для уменьшения отдачи аркебузу ставили на опору.



     

    \Штурм Картахены

     


    В 1697 году французский адмирал Жан-Бернар-Луи Дежан, барон де Пуэнти отправился в поход на Картахену. В его распоряжении находилось 17 военных кораблей. По пути к нему присоединилось 8 кораблей с 650 флибустьерами, возглавлял которых королевский губернатор Дюкас. Всего в состав экспедиции вошло 5400 человек.
    Сначала флибустьеры взяли довольно крепкий форт Букачик, а вслед за ним еще несколько фортов и подошли к Картахене. Город сдался только после трехнедельной осады. Богатые жители успели покинуть Картахену, прихватив с собой драгоценности и 120 мулов, нагруженных деньгами. Но, несмотря на это, флибустьерам досталось большое количество благородных металлов в слитках и монетах, драгоценные камни и другие дорогостоящие товары, всего на 40 миллионов ливров.

    И хотя большую часть флибустьеров составляли королевские солдаты, они мало в чем уступали настоящим пиратам, предаваясь бесчинствам. Они осквернили церкви, вытаскивали из храмов священные сосуды, издевались над монахами.
    Больше месяца флибустьеры грабили Картахену. Французы даже намеревались здесь обосноваться, чтобы вести выгодную торговлю. Однако внезапно среди солдат началась эпидемия, и Пуэнти стал готовиться к отъезду.

    Барону не хотелось делить добычу с флибустьерами, поэтому он решил отделаться от них. Пуэнти выслал флибустьеров из города под предлогом, будто бы к Картахене приближается неприятель. Не обнаружив никакой угрозы, флибустьеры решили вернуться в город. Сделать это оказалось непросто — французы не впускали их. Тут-то флибустьеры и поняли, что от них хотят избавиться. Возмущенные этим, они попытались напасть на королевскую армию. Однако Пуэнти смог уладить конфликт, он назначил пользовавшегося у флибустьеров авторитетом губернатора Сан-Доминго Дюкаса комендантом Картахены.

    Добыча еще не была разделена, так что некоторое время флибустьеры по просьбе Дюкаса старались держаться спокойно и не выказывать своего недовольства. Награбленное уложили в ящики и перевезли на корабли. Все это флибустьеры мужественно перенесли, но вот когда дело дошло до дележки!
    Флибустьерам, внесшим самый значительный вклад во взятие города, досталось всего по 40 тысяч пиастров, как простым матросам. Такой обман привел флибустьеров в бешенство. Привыкшие к гордости и независимости, они отвергли подачку и решили напасть на корабль Пуэнти. Дюкас пытался отговорить их от этого шага, но напрасно.

    Флибустьеры были настроены решительно. И только одному из них пришла идея вернуться в Картахену. «Что за охота, братцы, связываться с этой собакой! — воскликнул он. — Ведь он не увозит ничего нашего. Наша часть осталась в Картахене, и нам надо взять ее!»
    Это предложение пираты восприняли восторженно. И, несмотря на чуму, которая свирепствовала в городе, повернули свои корабли. Дюкас просил Пуэнти пойти на уступки флибустьерам и предостеречь их от этого безумного шага. Но Пуэнти к этому времени заболел и передал командование генералу де Леви, который не собирался гоняться за разбойниками, так он называл флибустьеров.

    Дюкас послал пиратам письменное уведомление. В нем говорилось, что «они оскорбляют величайшего в свете государя, который не виноват в бесчестном поступке одного из воих офицеров, что он сам представит их жалобу королю и им будет оказано полное удовлетворение. Но они должны оставить мысль вою возвратиться в Картахену. Если же, несмотря на все это, будут непослушны, то возведут его, невинного, любящего их начальника, на эшафот. Однако это послание не образумило флибустьеров.

    Жители Картахены пришли в ужас, увидев, что разбойники возвращаются. Сопротивляться у них не было сил. Пираты беспрепятственно проникли в город. Они заперли всех мужчин в церковь и отправили к ним для переговоров несколько человек.
    «Мы очень хорошо знаем, что вы считаете нас людьми без веры и чести, — говорили они. — Теперь явились мы и имеем полную власть отомстить вам, если захотим. Однако же, мы намерены вывести вас из заблуждения и доказать, что гнусные качества, которые вы нам приписываете, принадлежат не нам, а единственно тому генералу, под начальством которого мы сражались с вами. Этот вероломный обманул нас, хотя только нашей храбрости обязан взятием вашего города, он однако отказался разделить с нами плоды этого завоевания. Это принудило посетить вас вторично. Жалеем вас, но делать нечего».

    Пираты обещали оставить город в покое и не устраивать никаких бесчинств, если жители заплатят им 5 миллионов пиастров, в противном случае город будет полностью уничтожен.
    Горожане принялись собирать драгоценности, но расставаться с ними очень не хотелось. Какую-то сумму удалось наскрести, однако пиратам этого было явно недостаточно. Верные своей угрозе, они приступили к грабежу Картахены. Обыскивали все дома и закоулки, всякие укромные места, не исключая могил, пытали богатых жителей.
    Двух знатных жителей Картахены пираты повели к месту казни. Разбойники сделали два выстрела, убедив таким образом остальных жителей, что пленники убиты и что такая же участь ждет остальных, если горожане не предоставят нужной суммы. Этот случай возымел действие. Пираты получили еще один миллион.

    Убедившись, что все запасы исчерпаны, пираты покинули город. Выйдя из Картахены, флот пиратов, в состав которого входило 9 кораблей, встретился с английской военной эскадрой. Перевес был на стороне англичан, им удалось захватить два корабля флибустьеров. Один из пиратских кораблей был выброшен на берег Картахены, где разбойников взяли в плен испанцы. Остальные корабли сумели уйти и достигнуть Сан-Доминго.

    У берегов Новой Гвинеи своими подвигами прославился
    пират Монтобан. Он причислял себя к флибустьерам, хотя находился вдалеке от Ямайки и Сан-Доминго и не имел в нужном случае никакого покровительства и пристанища. Монтобан нападал на военные корабли и брал их. Товарищи Монтобана сражались мужественно и неоднократно справлялись с хорошо вооруженными судами.
    Однажды Монтобана преследовал английский сторожевой корабль, капитан которого задался целью непременно расправиться с дерзким пиратом. Но Монтобан не думал сдаваться. Его товарищи сражались так храбро, что одержали верх над более сильным противником.

    Английский капитан не мог пережить такого позора и дать противнику взять себя в плен. В отчаянии он подорвал свой корабль. Корабль пиратов тоже взлетел на воздух. Монтобан и еще 15 флибустьеров чудом остались живы. Вскоре они раздобыли новый корабль и взялись за прежнее ремесло. Правда, грабить в одиночестве, без всякой поддержки, было тяжело, и им пришлось подыскать себе другое занятие.

    Случалось, что флибустьеры, забыв о прежнем братстве, дрались между собой. Французские
    «береговые братья» совершали неоднократные набеги на Ямайку, где грабили прибрежное население. В 1692 году на берег Ямайки вблизи Порт-Ройала высадился пират Давио с 290 флибустьерами. Но 35 из них внезапно отделились и исчезли в неизвестном направлении. Остальные, пытаясь их отыскать, блуждали по острову, беспрестанно сражались с населением, часть которого составляли коренные флибустьеры.

    В это время на острове началось сильнейшее землетрясение. При первых толчках флибустьеры бросились к лодкам, стоявшим у берега, но они затонули. Вода прибывала ежесекундно — казалось, весь остров вот-вот скроется под водой. Множество флибустьеров погибло во время землетрясения. Уцелели те, кто сумел взобраться на высокие деревья. Там им пришлось просидеть около пяти часов, пока не стихли толчки и не отступила вода.

     

    Это интересно!

    Применялись самые разнообразные
    пушечные ядра — от совсем крохотных до огромных, весом в сотни килограммов. Ядра отливали из чугуна или ковали из стали. Ядра, предназначенные для перебивания такелажа, назывались «книппель». Они представляли собой два ядра, соединенных цепью, которые выстреливались из двух стоящих рядом орудий. Турки при осаде Родоса в 1552 году впервые применяли ядра, начиненные горючей смесью. В XVI веке стали использовать картечь — ядра, начиненные мелкими свинцовыми шариками.
     


     

    Рождение и смерть пиратской столицы

     


    Порт-Ройал вырос на берегу одного из карибских островов после того, как Христофор Колумб пересек Атлантический океан и обнаружил неизвестные в Европе земли. Острова Вест-Индии и побережье Южной и Центральной Америки оказались на удивление богатыми. А индейцы с их примитивным оружием — копьями и стрелами — не могли оказать серьезного сопротивления завоевателям.
    Колумб открыл Ямайку 3 мая 1494 года.
    Испанские конкистадоры обманом и силой захватывали у индейцев золотые украшения, серебряные слитки и посуду, грабили храмы. Ежегодно громадное количество золота, серебра и драгоценностей грузили на корабли и отправляли в Европу. И вот тогда-то в Карибском море появились корабли, которые ходили под черным флагом. Их эмблемой был зловещий череп и перекрещенные под ним кости. Пиратские парусники совершали отчаянные налеты на испанские корабли.

    Добычу морские разбойники собирали немалую. Они свозили ее к Ямайке, где на песчаном берегу вырастал новый город, получивший название Порт-Ройал. Это был город купцов и пиратов. Вскоре Порт-Ройал стал самым богатым городом американского побережья. Вдоль его широких улиц стояли красивые здания. На каждом шагу лавки с самым разнообразным товаром, таверны с шумной музыкой, игорные дома, конторы ростовщиков и менял. Ловкие городские торговцы и дельцы быстро перекачивали золото и драгоценности из трюмов пиратских кораблей в свои карманы.

    Это был город жуликов и воров, разбойников и убийц, которые старались перещеголять «коллег» в умении обманывать друг друга. Жителей Порт-Ройала называли самыми развращенными и неверующими людьми на свете. Обогащаясь награбленным добром, город быстро рос. Все выше и красивее становились его дома, все больше золота, бриллиантов, шелковых тканей собирал он.

    Порт-Ройал был главной базой для пиратских вылазок Генри Моргана. Отсюда знаменитый пират намечал испанские города на побережье Карибского моря, которые собирался разграбить. И будто в отместку за кровь и слезы местного населения, которое грабили колонизаторы и на костях которого, по сути, вырос город, на Порт -Ройал неожиданно обрушилось несчастье. В полдень 7 июня 1692 года город вздрогнул от мощного подземного толчка. Со звоном посыпались из окон стекла, в испуге заметались по улицам люди.
    За первым толчком последовали другие, еще более мощные. Историки считают это землетрясение одним из самых мощных на памяти человечества. С грохотом рушились здания. Улицы разрезали огромные трещины. С каждым подземным толчком земля, на которой стоял город, все больше опускалась. Вот улицы стали уже ниже уровня моря, и, рожденные землетрясением, огромные валы обрушились на город, чтобы сомкнуться над ним навсегда.

    Когда через несколько недель после катастрофы английские пираты подошли к побережью Ямайки, они не нашли Порт-Ройала. Моряки, которые уже не раз бывали здесь, не могли поверить в это невероятное происшествие: город пропал. От него не осталось и следа. Несколько раз прошли корабли вдоль побережья, но так и не нашли города. Матросы в страхе воздевали руки вверх, побелевшие губы шептали молитвы...

    Трагедия унесла жизни более двух тысяч человек, а две трети города оказались под водой. Оставшиеся в живых горожане переправились на противоположную сторону бухты, в деревню Кингстон (ныне — столица Ямайки). В 1703 году разрушение Порт-Ройала окончательно довершил мощнейший пожар. После этого город уже не восстанавливали.

    Прошло около двух столетий. Американец Гарри Райзберг случайно наткнулся на затопленный город. Через двадцать лет после него Американское Национальное географическое общество отправило к месту затонувшего Порт-Ройала научную экспедицию на судне «Си Дайвер». Возглавлял экспедицию Эдвин Линк.

    Когда корабль прибыл к затопленному городу, первым делом с помощью эхолотов прощупали дно. На это ушел целый месяц, зато удалось выяснить точное местоположение зданий. Над ними установили буйки.
    Начинать подводные исследования Линк решил с королевских пакгаузов — огромных складов, которые, по преданиям, были всегда забиты ценными товарами, предназначенными для отправки в Англию. «Си Дайвер» встал на якорь над пакгаузами.

    В ходе экспедиции на борт «Си Дайвер» было поднято множество предметов быта, которые рассказали ученым, как жили люди в далеком XVII веке. Однажды со дна моря подняли
    золотые часы в форме луковицы. На блестящей поверхности выделялся четкий плетеный узор. Открыли крышку. На внутренней стороне было выгравировано имя мастера — Поля Блонделя из Голландии. Циферблат часов покрывала известковая корка. Когда ее счистили, оказалось, что стрелок на циферблате нет.
    Просветив циферблат рентгеновскими лучами, ученые установили: часы прекратили работать в 11 часов 43 минуты. Именно в эту минуту и исчезла с лица Земли пиратская столица Порт-Ройал.

     

    Это интересно!

    Во время землетрясения в Порт-Ройале погиб всего один военный корабль. Им оказался
    фрегат «Сван» длиной 25 метров и водоизмещением 305 тонн. Его останки обнаружила экспедиция Роберта Маркса, организованная Институтом Ямайки в 1959 году.



     

    Последние из берегового братства

     


    В 80-х годах XVII века обстановка в Европе изменилась. Англия, а за ней и Франция перестали поддерживать флибустьеров. Но пиратам нелегко было отказаться от прежней жизни, и они продолжали совершать набеги на прибрежные территории и грабить нагруженные богатствами корабли...
    Многочисленный отряд пиратов избрал для нападения богатый перуанский город Гуаякиль, расположенный всего в 10 милях от моря. Во избежания затопления, город был выстроен на сваях. Гуаякиль защищали три форта, в которых находилось около 5 тысяч солдат. Однако после одиннадцатичасовой битвы флибустьеры одержали победу. Губернатор и 700 жителей, защищавшие город до последнего, попали в плен к разбойникам.

    Значительные потери понесли и пираты. Погиб один из их предводителей, капитан Гронье, прославившийся своим умом и рассудительностью. Добыча пиратов оказалась значительной. Они захватили большое количество жемчуга, драгоценных камней, 70 тысяч серебром. Однако жители успели вывезти множество драгоценностей и денег. В гавани стояло 14 кораблей, которые были совершенно не нужны пиратам. За них, за пленных, за город и форты пираты потребовали выкуп — миллион пиастров и 400 мешков зерна.

    Жители пообещали собрать все необходимое, а пираты терпеливо ждали выкупа. В Гуаякиле на улицах валялось множество трупов, на улицах стояла нестерпимая вонь, поэтому пираты переехали на остров Пуна. Там они провели в пирах и празднествах целый месяц. Все это время они вели себя довольно учтиво и великодушно.
    Между тем срок выплаты истек, а пираты не получили нужную сумму. Испанцы просили отсрочки и прислали для переговоров офицера. Флибустьеры заподозрили неладное, они догадались, что неприятель стремится выиграть время и подготовиться к сражению. Для устрашения пираты бросили жребий, четырем пленным отрубили головы и отдали их офицеру. При этом пригрозили, что если за четыре дня они не получат выкуп, отрубят головы всем остальным.

    Подозрения пиратов подтвердились. Они перехватили курьера, отправленного временным губернатором Гуаякиля к вице-королю Лимы. В послании говорилось о последних событиях. Жители намеревались как можно дольше удерживать разбойников и посылать им время от времени по нескольку тысяч пиастров, пока не придет подкрепление.
    «Если они пришлют даже полсотни голов, то эта потеря возместится истреблением всех пиратов», — говорилось в письме.
    Узнав о таком решении, пленники пришли в ужас. Губернатор направил в Гуаякиль всеми уважаемого монаха с просьбой собрать деньги для выкупа. Вскоре пираты получили 24 мешка муки и 20 тысяч пиастров, уплаты остальной суммы испанцы просили подождать еще три дня. Пираты согласились.
    Однако на следующий день из города прибыли посланники и сообщили, что заплатят только 22 тысячи пиастров и что у них есть 5 тысяч солдат, готовых как следует встретить пиратов. Большинство флибустьеров, поразмыслив, согласились с предложением испанцев, приняли деньги и отпустили пленников, за исключением 50 человек, среди которых находился губернатор. Не медля, пираты покинули остров.
    Неподалеку от Гуаякиля флибустьеры наткнулись на испанские военные корабли, которые направлялись как раз, чтобы расправиться с ними. Однако пираты не думали сдаваться и решительно вступили в бой. Битва прекратилась только с наступлением ночи, но продолжилась на следующий день. И только после двух дней сражения испанские корабли ушли.
    После этого пираты отпустили пленных, толку от которых не было никакого, только лишние расходы, и направились к устью реки Гуаяс, где они часто собирались. Однако поднявшаяся буря отнесла их в море и рассеяла. Только несколько судов смогли удержаться вместе. Съестных припасов почти не осталось, им приходилось есть раз в двое суток. Не было у пиратов и питьевой воды — к счастью, пошел дождь и спас их от жажды.

    После довольно продолжительных скитаний флибустьеры добрались до Текоантепекуанского залива, где им удалось наловить рыбы. Неподалеку располагался большой богатый город Салина-Крус. Город защищали 3 тысячи человек, а в отряде флибустьеров осталось всего около 180 человек. Но жадность пересилила разумные доводы, и пираты пошли на штурм Салины-Крус. Они сражались отчаянно и через несколько часов овладели всем городом, за исключением хорошо укрепленного аббатства, где укрылись оставшиеся испанские солдаты. Вероятно, пираты смогли бы взять и его. Но им помешал внезапный разлив реки, протекавшей у самого города. Флибустьеры могли оказаться запертыми в городе. Времени грабить город у них не было. Пришлось им оставить Салину-Крус.

     

     

    Пираты покидают Южный океан

     



    Промышлять в Южном океане становилось все опаснее. Пираты были вынуждены покинуть обжитые места и вернуться в Карибское море. К этому времени пиратские корабли требовали значительного ремонта и не выдержали бы столь далекого перехода. Так что некоторые отряды флибустьеров решились на сухопутный переход. Осуществить такой переход было непросто.
    Флибустьеры договорились идти через Новую Сеговию, город в Никарагуанской провинции, расположенный в сорока милях от Южного океана. Чтобы выяснить все детали пути, пираты отправили вперед отряд из 79 человек. Им удалось узнать, что поблизости находится около 6 тысяч испанцев. Эта новость привела пиратов в ужас. Большинство из них немедля решило вернуться, и только 18 смельчаков отважились продолжить путь.

    Они добрались до города Чолутек. В нем находилось более 400 испанцев. Пираты хотели вернуться за подмогой, но боялись, что так они только потеряют время и откроют себя. И пираты отважились на отчаянный шаг. Крича и стреляя, они бросились на штурм города. Ничего не подозревавшие жители до того напугались, что и не думали обороняться.
    Пираты действовали решительно, захватили большое число лошадей, взяли пленных, среди которых был губернатор. От него они узнали о том, что испанские корабли перекрыли флибустьерам проход в Северный океан и стерегут их у Ла-Колдара и гавани Реалейго.

    К этому времени горожане пришли в себя, увидев, что флибустьеров всего несколько человек. Жители взялись за оружие. Смельчаки сопротивлялись, как могли. Но перевес был не на их стороне. Забрав лошадей, пираты поспешили удалиться.
    Они благополучно вернулись к своим товарищам и принесли им неприятные известия. Однако флибустьеры все же решились на опасный переход. А чтобы отрезать себе все пути назад, они затопили свои корабли, за исключением одной галеры и нескольких челноков, которые требовались им для переезда с острова на Большую землю.

    Отряд из 285 флибустьеров разделился на четыре роты. Ежедневно, согласно жребию, вперед выдвигалось 40 человек, которые вели разведку местности. Пираты шли через перуанские владения. Жители окрестных городов и селений были осведомлены о приближении разбойников, поэтому они завалили все дороги, выжгли посевы и позаботились о том, чтобы пираты не смогли найти никаких съестных припасов. Неоднократно на своем пути флибустьеры встречали засады и несли потери.

    На одиннадцатый день похода пираты достигли Новой Сеговии. Но и там их ждало полное разочарование — опустевший город и никакой добычи. Флибустьеры не стали задерживаться в городе и на следующий же день двинулись в путь.
    Почти сразу, в горах, они наткнулись на засаду испанцев, обойти которую не представлялось возможным. «Разбойники эти или люди, или черти, — писал командовавший испанцами старый фландрский генерал. — Если они люди, то при самых сверхчеловеческих усилиях не взберутся на эти скалы за целую неделю, если же они черти, то не помогут никакие укрепления». Неприятель превосходил флибустьеров числом, но пираты решили действовать согласно своему старому правилу — нападать неожиданно, с тыла. Сами того не ожидая, они одержали победу.

    От пленных флибустьеры узнали, что в 6 милях находится еще одно укрепление, мощнее этого. Однако отступать флибустьерам было поздно — они двинулись вперед. Через два дня они подошли к этому укреплению. Но испанцы все еще не могли прийти в себя после того, как флибустьеры преодолели предыдущую засаду. Они и впрямь приняли их за нечистую силу и даже не решились напасть на разбойников.
    Миновав это препятствие, флибустьеры подошли к реке Магдалене. Она брала начало в горах Новой Сеговии, на своем пути преодолевала множество скал и впадин и лишь потом впадала в Северный океан. Страшный шум от реки был слышен за несколько миль. Совладать с ней было непросто, и обычные люди едва ли решились бы плыть по такой своенравной реке. Но для флибустьеров не существовало никаких препятствий.

    У пиратов не было нужного снаряжения, но даже это не остановило их. Неподалеку от Магдалены, в лесу, флибустьеры срубили деревья. Из коры, связанной клейкой смолой, делали веревки. Из стволов соорудили то ли лодки, то ли плоты, по форме больше напоминавшие короба или бочки. В каждом могло плыть только два человека. Пираты размещались в таких сооружениях стоя, в руках они держали длинные шесты, чтобы уменьшить скорость плавания и отталкиваться от береговых скал.

    Казалось, что судьба испытывала этих мужественных людей на прочность. Корзины, в которых плыли пираты, были увлечены сильным течением, их перебрасывало с волны на волну. Чтобы не выпасть из своих коробов, пираты привязывали себя к ним и только так могли хоть как-то ими управлять. Силы быстро покидали флибустьеров. Соленая конина, которой они запаслись, от постоянного контакта с водой быстро пришла в негодность. На берегу можно было охотиться за дичью, но ружья у флибустьеров заржавели, порох промок. Ко всем бедам добавился еще и голод.

    На пути пиратам встретилось несколько водопадов. Завидев их, флибустьеры спешили добраться до берега, вытаскивали весь груз и переносили его через гряду скал. Корзины они отправляли пустыми по течению и внизу вылавливали их.

    9 марта 1688 года, спустя 68 дней тяжелейшего путешествия, преодолев более 300 французских лье, пираты наконец-то достигли моря. Через несколько дней у Жемчужного острова они встретили другие пиратские корабли, которые помогли им добраться до Вест-Индских островов.



    Пират Черная Борода

     


    В начале XVIII века на острове Нью-Провиденс в группе Багамских островов нашел свое пристанище
    пират Черная Борода. Его настоящее имя — Эдуард Тич. Этот пират всегда носил длинную черную бороду, которая доходила ему до пояса, за что и получил свое прозвище. Тич заплетал ее в косы и украшал разноцветными лентами. Даниэль Дефо так писал о ней: «Эта борода, покрывая его лицо, наводила ужас на всю Америку».

    О его детстве и юношеских годах сохранилось крайне мало сведений. Даже точное место рождения неизвестно: то ли Ямайка, то ли английский Бристоль. Впервые о делах этого пирата стало известно в 1713 году. Тогда он выступал как английский корсар-приватир.
    Тич обосновался на острове Нью-Провиденс. Там он познакомился с пиратским капитаном Хорниголдом. Опытный корсар сразу заметил в Тиче способного ученика и взялся познакомить его со всеми тонкостями пиратского ремесла. Старый капитан был приятно удивлен, глядя, с каким рвением и старанием юноша постигает искусство морского разбоя. Хорниголд даже наградил его за это кораблем, который Тич назвал «Месть королевы Анны».

    У Тича были все данные, чтобы стать морским разбойником. По тем временам он являлся просто великаном: при росте 190 сантиметров он весил 120 килограммов. Один его вид внушал страх любому противнику. Тем более, что при таком росте Тич был довольно ловок, хорошо владел абордажной саблей. Не хуже обращался Тич и с огнестрельным оружием — стрелял метко и быстро. Когда другие валились с ног от усталости, Тич чувствовал себя уверенно.
    Вскоре Хорниголд узнал об амнистии, дарованной английским пиратам, и решил ею воспользоваться. Тич ни о какой амнистии и слышать не хотел. И даже своего наставника стал презирать за подобную слабость, обвинив в предательстве.
    Черная Борода под черным флагом с белым скелетом отправился в самостоятельное плавание. Начало пиратской карьеры было у Тича успешным. Ему удалось довольно быстро захватить несколько богатых судов, и к 1717 году в распоряжении грозного капитана уже имелось ни много ни мало 6 кораблей и 400 человек.
    Вспыльчивый и непредсказуемый, Черная Борода внушал страх даже своим подчиненным. От него можно было ожидать любой выходки. Как-то он ужинал при свечах вместе с двумя помощниками. Внезапно капитан достал два пистолета и задул свечи. Его помощники пришли в ужас. Тич, скрестив руки под стулом, спокойно спустил курки. Одна из пуль угодила в колено Израэлю Гендсу, который на всю жизнь остался хромым. А Черная Борода как ни в чем не бывало спокойно заявил, что таким образом он будет напоминать подчиненным, кто он такой и какую имеет власть.
    Усмирить и образумить Тича не удавалось никому, даже его 14 женам. С ними он обращался так же безрассудно. Когда очередная жена надоедала ему, он запирал ее вместе со своим сокровищами, и она вскоре умирала от голода.

    Многие считали Черную Бороду дьяволом. Случалось, что при виде черной дымящейся бороды (Тич во время сражений вставлял в нее запальные фитили), противник переставал сопротивляться и сдавался практически без боя.
    Легкие победы вскоре наскучили Тичу. Он бросил якорь у берегов Чарлстона и стал ждать, когда жертва сама к нему придет. Так оно и случилось, ведь корабли были вынуждены идти в гавань. Таким образом, Черная Борода всего за несколько дней захватил 9 кораблей с грузом.

    Молва о разбоях пирата разносилась быстро, и вскоре его имя стало символом зла. За Тичем охотились несколько военных кораблей. Однако капитану до поры до времени удавалось избегать встречи с ними. Он сумел подкупить губернатора Северной Каролины Чарлза Идена и найти у него пристанище. Возмущенные поведением своего губернатора, жители обратились за помощью к Спотсвуду, губернатору Вирджинии. Спотсвуд, ненавидевший пиратов, обещал свою поддержку.

    Черная Борода в то время находился на своем корабле в небольшом заливе Окракоук. Залив был мелководным, тяжелые военные корабли не могли туда войти, так что Тич чувствовал себя в полной безопасности и намеревался устроить там пиратскую базу.
    В волнах Вирджинии патрулировали два военных корабля: «Лайм» и «Перл», командовал которыми лейтенант Мэйнард. В мелководном заливе Мэйнард не мог достать разбойника. Губернатор Вирджинии отправил ему на помощь 58 человек и 2 маневренных шлюпа.

    22 ноября 1718 года Мэйнард подошел к заливу Окракоук. Тич заметил приближение неприятеля и на всякий случай дал распоряжения, чтобы готовились к бою, а сам веселился и пьянствовал до самого утра.
    Как и предполагал Тич, военные корабли не смогли пройти в залив и даже легкие шлюпы сели на мель. Они отчаянно пытались сдвинуться с места и сбрасывали за борт балласт.

    Черная Борода решил сам навестить непрошеных гостей и подошел к ним на своем корабле. Он без труда мог расправиться со шлюпами при помощи пушек, — так он и сделал. Почти сразу один шлюп вышел из строя, такая же участь ожидала и второе судно. Однако хитроумному Мэйнарду удалось завлечь злодея в ловушку. Он остался один у руля, приказав команде спрятаться внизу. Затея лейтенанта удалась. Тич решил лично расправиться с обескровленным врагом. Как только Черная Борода со своими людьми перебрался на шлюп, команда быстро поднялась наверх и неожиданно напала на пиратов. Однако разбойники мгновенно пришли в себя и оказали сопротивление.

    Капитаны кораблей сошлись в жестоком поединке. Тич не сомневался в своей победе. Он небрежно выстрелил в Мэйнарда из пистолета и промахнулся. Выстрел королевского лейтенанта был гораздо точнее. Он ранил разбойника в грудь. Но Черная Борода не только удержался на ногах, но и продолжил поединок. Страшным ударом Тич разрубил клинок лейтенанта надвое и занес над ним абордажную саблю. В этот момент один из матросов кинулся на помощь своему капитану, набросился на пирата сзади и перерезал ему горло. Мэйнард выпустил в обессилевшего разбойника несколько пуль, и тот замертво рухнул на палубу.

    Оставшись без капитана, пираты потеряли веру в свои силы и сложили оружие. Мэйнард постарался как можно эффектнее объявить о своей победе. Он прикрепил к бушприту отрезанную голову Черной Бороды. Так закончилась жизнь Эдуарда Тича.

     

    Это интересно!

    Флагманский корабль Черной Бороды «Месть королевы Анны» был построен в Англии в 1710 году. Первоначально назывался «Конкорд». В 1713 году был продан Испании, а затем перешел в собственность Франции. В 1717 году пират Черная Борода захватил его в Карибском море и переименовал в «Месть королевы Анны». В июне 1718 года оно село на мель у побережья Северной Каролины. Длина корабля 30 метров, ширина 7 метров, водоизмещение 200 тонн, вооружение 20 пушек, экипаж 125 человек.



     

    Пиратская Республика Либерталия

     


    Французский дворянин Миссон поначалу не собирался становиться моряком. Он окончил университет, изучал гуманитарные и точные науки. Но когда ему исполнилось двадцать пять лет, он неожиданно попросил отца устроить его матросом на корабль.

    Друг отца Форбен взял Миссона на свое судно «Ла Виктуар». Оно развозило грузы по Средиземному морю. За несколько лет Миссон дослужился до звания лейтенанта. Однажды, когда «Ла Виктуар» разгружался в Неаполе, Миссон попросил у капитана разрешения съездить в Рим. Ему не терпелось воочию увидеть знаменитые римские памятники архитектуры, дворцы и храмы.
    На улицах Вечного города он познакомился с молодым монахом-доминиканцем Караччиоли. Миссон уговорил юношу отправиться вместе с ним в плавание. В районе Ливорно на «Ла Виктуар» напало пиратское судно. Но французские моряки отважно сражались, и абордаж удалось отбить. Более того, пиратский корабль был потоплен, а его экипаж взят в плен.

    В 1690 году «Ла Виктуару» был отдан приказ следовать в район Карибского моря для охраны французских колоний от англичан. Долго крейсировал корабль у берегов Антильских островов. Миссон часто беседовал с Караччиоли о свободе. Они соглашались друг с другом, что каждый человек должен сам выбирать путь в жизни, ни от кого не завися. Миссон подумывал, а не уговорить ли капитана Форбена отправиться в вольное плавание, вместо того, чтобы выполнять задание французского правительства.

    Такой случай, правда неожиданный, скоро представился. В один из дней матросы увидели на горизонте английское судно «Винчестер». Корабли сошлись на близкое расстояние, и началась артиллерийская перестрелка. Английские канониры стреляли чаще —у французов была сбита бизань-мачта, во многих местах пробит борт. Но вот удачный выстрел с «Ла Виктуара», и над «Винчестером» взвился столб огня и дыма — ядро угодило прямиком в пороховой погреб судна.

    Французы тоже не обошлись без потерь. Погиб капитан Форбен. Из всех офицеров на борту «Ла Виктуара» в живых остался лишь Миссон. Несколько дней ушло на исправление повреждений. После этого Караччиоли, посоветовавшись с Миссоном, собрал команду и изложил свою программу.
    - Мы хотим свободы, — заявил он морякам. — Каждый человек рождается независимым, и лишь потом неравенство сословий, произвол государства делает его покорным. Будем свободными!

    Матросы радостно загалдели и пустились в пляс. Они не все поняли из речи монаха, но решили, что теперь «Ла Виктуар» станет «свободным», то есть пиратским кораблем. Некоторые пожелали сразу же поднять на мачте черный флаг с черепом и скрещенными костями. Но Миссон объяснил, что они не простые пираты, а честные люди. Отныне они будут творить правосудие и справедливость. Поэтому над «Ла Виктуаром» взвился необычный флаг белого цвета, на котором было написано «A Deo a Libertate» («Бог и свобода»).

    «Ла Виктуар» двинулся к берегам Южной Америки. По дороге он останавливал все корабли, но брали только то, что было нужно, — воду, ром, провизию. В отличие от обычных пиратов, Миссон не убивал команды захваченных кораблей, а отпускал их.
    У берегов Гвинеи встретилось голландское судно, на котором перевозили живой груз — черных невольников. Миссон пришел в ярость и повелел казнить капитана корабля, а негров освободить.
    Некоторые голландские моряки перешли на «Ла Виктуар». Они были поражены порядком на борту французского судна. Отношения между офицерами и простыми матросами были как равных с равными. Голландцы никак не могли к этому привыкнуть, но постепенно идеи равенства и братства, проповедуемые Караччиоли, настолько увлекли их, что они стали его горячими сторонниками.

    Матросы называли друг друга теперь не иначе как «братья», а сама команда именовалась «братством». Миссон и Караччиоли наивно полагали, что людей можно сделать свободными на крохотном корабле.
    Корабли братства направились к Коморским островам. Анжуана, королева одного из островов архипелага, воевала с султаном соседнего острова Мохели. Она решила использовать европейцев в борьбе против своего врага. В честь французов был устроен праздник. Королева, чтобы удержать пиратов на острове, выдала свою сестру замуж за Миссона. Последовав примеру своего капитана, женились и другие моряки, даже Караччиоли, который больше не считал себя монахом.

    Султан Мохели, прослышав, что у королевы гостят европейцы, неожиданно напал на них со всей своей армией, но залпы французских пушек быстро отбили у него охоту связываться с правительницей острова, Миссон был тронут гостеприимством островитян, но все равно рвался в море. Некоторые матросы пожелали остаться здесь. Миссон не стал препятствовать им, наоборот, отдал их долю добычи.

    В Мозамбикском проливе корабли братьев встретились с мощным шестидесятипушечным кораблем португальцев. Жестокий бой длился почти сутки. Множество матросов полегло и с той, и с другой стороны. В конце концов, братья сцепились с португальским судном в абордаже. Они одержали победу, но радость омрачилась потерей товарищей и увечьем Караччиоли. Ядро раздробило ему ногу, и ее пришлось отрезать. Умелый плотник вырезал из деревяшки протез, с которым впоследствии Караччиоли научился ловко управляться, и почти не замечал потери ноги.

    Корабли подошли к Мадагаскару. Миссону понравилась укромная бухта Диего-Суареш. К морю вел длинный и извилистый проход. При необходимости его можно было легко охранять. Караччиоли и Миссон решили основать на берегу бухты колонию.
    Будущее поселение они назвали Либерталией — городом свободы, а колонистов — либерами.

    Закипела работа. В считанные недели в окрестностях бухты Диего-Суареш выросли деревянный форт и жилые дома. Вскоре завязалась торговля с местными племенами мальгашей, хотя поначалу аборигены относились к пришельцам настороженно.
    Миссон нередко выходил в море. В одном из плаваний он повстречал шлюп известного корсара Томаса Тью. Тот начинал простым матросом на кораблях Карибского моря, затем стал пиратом, был личным другом губернатора НьюЙорка Флетчера.
    Миссон пригласил Тью с его командой в Либерталию. Тот был поражен увиденным — городок на берегу бухты Диего-Суареш жил необыкновенной жизнью. Люди разводили кур и прочую живность, возделывали огороды. На участках, очищенных от леса, появились маисовые поля и луга, на которых паслись коровы. В городе даже имелись таверны, где моряки отдыхали от походов, потягивая ром. Многие бывшие матросы переквалифицировались в крестьян и с удовольствием обрабатывали землю.

    Тью согласился охранять пиратскую республику. А в в Либерталию стекались все новые и новые жители. Сюда стремились ремесленники, моряки и просто искатели хорошей жизни, прослышавшие о чудо-городе на севере Мадагаскара.
    Караччиоли и Миссон хотели сделать республику самым справедливым государством в мире. Высшим органом управления в городе стала Ассамблея, собиравшаяся на свои заседания в здании городской ратуши. Представители в Ассамблею выбирались по одному от каждых десяти граждан республики, вне зависимости от их национальности и цвета кожи.

    В городе даже выходила своя газета, а законы печатались на бумаге и распространялись среди населения — на одном из захваченных кораблей нашли печатное оборудование. Все граждане Либерталии объявлялись равными и обладали своей долей имущества и скота. Каждому в надел давалась земля, которую он мог обрабатывать.
    В Ассамблее порой разгорались жаркие споры по поводу тех или иных законов, но красноречивый Караччиоли обычно переубеждал всех, и принималась его точка зрения. Так, именно он настоял на том, что при всей демократичности жизни Либерталии власть в городе должна быть сосредоточена в руках одного человека, которого бы выбирали из лучших людей на три года. Такого человека назвали Хранителем и, разумеется, им тут же стал Миссон. Караччиоли назначили государственным секретарем, а Томаса Тью — великим адмиралом.

    Несмотря на спокойную жизнь на берегу, многие жители Либерталии все же уходили в море заниматься привычным вольным промыслом. Либерталия богатела день ото дня. Казна пополнялась грузами захваченных кораблей. Суда республики отправлялись в походы к мысу Доброй Надежды, Маскаренским островам. На севере доходили до Красного моря. Казалось, что пиратская республика просуществует еще очень долго, но все неожиданно закончилось в 1717 году.

    Причин этому было несколько. В начале XVIII века многие европейские государства объявили войну индоокеанскому пиратству и предприняли карательные экспедиции. Самыми известными из них были походы адмирала Уоррена и капитана Литтлтона. Вдобавок к этому мадагаскарские пираты, поселений которых было на острове немало и кроме Либерталии, не поладили с местным населением. Мальгаши устраивали набеги на пиратские деревни, дома сжигали, а жителей жестоко убивали.

    Такая судьба постигла и Либерталию. Во время отсутствия нескольких кораблей, которые занимались пиратством в Мозамбикском проливе, многочисленные толпы мальгашей напали на город и сожгли его. Погибло почти все мужское население, в том числе и Караччиоли. Миссону на шлюпе удалось бежать.
    Его мечта о свободе рухнула, лучший друг погиб.
    Так погибла пиратская республика Либерталия. Символично, что те идеи, которые проповедовал француз Миссон, почти через сто лет провозгласили у себя в стране его соотечественники — участники Великой французской революции.

    Судьба граждан Либерталии сложилась по-разному. Многие из них устроились на пиратские суда и продолжили заниматься разбойничьим ремеслом. Другие отправились в Вест-Индию. Тью уговорил Миссона последовать их примеру и плыть в Северную Америку. На переходе от мыса Доброй Надежды Миссон утонул во время сильного шторма.
    Тью добрался до Нью-Йорка. Накопленные им богатства позволяли ему жить, ни в чем себе не отказывая. Он организовывал балы, пиршества и рауты для городской знати. Но море звало, и он снова отправился в Индийский океан. Там, у берегов Аравии, он и встретил свою смерть в схватке с судном Великого Могола.

     

    Это интересно!

    Мадагаскар в 1506 году открыл португальский капитан Лорензон Альмендого. Он назвал новую землю Сен-Лоран. Португальского короля не интересовал открытый остров — все его заботы были о торговле с Индией. А вот французские власти решили выжать из Мадагаскара максимум пользы. Они объявили его своей колонией, переименовали в Дофинов остров. Незамедлительно сюда прибыли плантаторы и миссионеры. Началась война с местными племенами мальгашей. Туземцы изгонялись со своих земель, целые деревни безжалостно стирались с лица земли. Мальгаши называли свой остров Модекасс. Именно это имя в несколько измененном виде в дальнейшем и закрепилось за островом.



     

    Счастливая судьба пирата Джона Эйвери



    Одним из самых знаменитых «джентльменов удачи» называли Джона Эйвери. Настоящая его фамилия — Бриджмен. Он был сыном капитана английского флота. Родился Джон в портовом городе Плимуте и с малых лет грезил морем и далекими путешествиями.
    Юнгой он попал на торговый корабль, который ходил в Вест-Индию. Молодой человек старательно постигал морскую науку. Через несколько лет, в 1695 году, Джон получил назначение первым помощником капитана на большой 30-пушечный фрегат «Дюк». Фрегат направлялся в Вест-Индию грабить французские суда. Интересно, что захват французов одобрялся правительством Испании, в подчинении которого фактически и состоял «Дюк». Англия и Испания тогда являлись союзниками, и Британия не возражала, когда испанский король нанимал английских корсаров себе на службу.

    Капитан фрегата Гибсон был опытным моряком. Но сам он полагал, что уже наплавался вволю, и особого желания выходить в море не испытывал. Зато более чем любил выпить пинту-другую рома. Часто капитана привозили с берега мертвецки пьяным, и наутро он даже не помнил, что с ним произошло накануне.
    На корабле Гибсон почти не показывался, проводя большую часть времени в трактирах Ла-Коруньи. Команда была недовольна. Им нравился молодой помощник капитана Джон Бриджмен, который своими хорошими манерами резко отличался от грубого Гибсона. Матросам надоело плясать под испанскую дудку, и они все чаще поговаривали о том, что неплохо было бы начать самостоятельное плавание.

    Бриджмен еще не забыл рассказов о сказочных богатствах индийских купцов, которые переправляют свои товары в Европу по Индийскому океану. Он решил взять власть на корабле в свои руки, чтобы отправиться в южные моря пиратствовать. И вот однажды, когда Гибсона, как всегда, доставили на шлюпке пьяным, Джон приказал поднять паруса и выйти в открытое море.

    На следующее утро он зашел в каюту капитана и сообщил Гибсону, что тот низложен. Бриджмен проявил великодушие: капитан с запасом продовольствия и несколькими матросами — его сторонниками — был посажен в шлюпку, а «Дюк» последовал дальше уже без него.
    Джон объявил команде, что отныне на борту капитан он, а корабль идет грабить торговые суда в Индийский океан.

    Прежде всего, новоявленный капитан сменил имя и судну, и себе. Корабль стал зваться «Феней», а Джон взял себе прозвище Эйвери. Впоследствии матросы прозвали его Длинный Бен.
    Путь пиратов лежал в Красное море. Там они надеялись встретить огромное количество беззащитных арабских и индийских судов, которые, завидя перед собой хорошо вооруженный фрегат, без сопротивления отдадут все свои богатства. У островов Зеленого Мыса Эйвери захватил два английских корабля. Добыча была разделена поровну между всеми членами команды, вне зависимости от должности.

    На островах Джон отдыхал, чинил рангоут на «Фенее» —у побережья Марокко корабль потрепал шторм. На фрегате установили пушки с захваченных судов, и теперь он представлял собой мощный военный корабль. Еще ни один пират до Эйвери не мог похвастаться, что имеет такое отличное судно.

    Позади остался мыс Доброй Надежды, и вот «Феней» идет вдоль западного берега острова Мадагаскар на север. Из рассказов карибских пиратов Эйвери знал, что там есть немало укромных бухточек, в которых легко можно спрятаться и отдохнуть.

    Пиратская эскадра провела на Мадагаскаре около двух месяцев. Эйвери встретился со знаменитым пиратом Томасом Тью. Он разбойничал в местных водах на двух небольших быстроходных шлюпах. Тью предложил отправиться к Аравийскому побережью — он прослышал, что вскоре в Красное море должна прибыть большая флотилия судов индийских паломников, которые направлялись к священному городу мусульман Мекке. Обычно на таких кораблях находилось большое количество драгоценностей, золота и украшений.

    Длинный Бен провел несколько пробных вылазок, пленил два судна, одно из них ограбил, а другое, узнав, что оно следует в Бомбей, неожиданно отпустил. С его капитаном Эйвери передал письмо английскому фактору в Бомбее. В нем он пытался оправдать свои действия в Индийском океане, заявляя, что грабит только корабли враждебных Англии государств. В письме он также сообщал о том, что командует отлично вооруженным судном. Но и без того слухи о мощном фрегате Эйвери уже давно достигли Индии.

    Тью и Длинный Бен продолжали патрулирование вблизи сомалийского побережья, дожидаясь эскадры из Индии. Капитан одного из захваченных арабских судов признался, что видел на востоке большое количество судов, которые с попутным ветром спешат в Оманское море.
    Через день пираты заметили на горизонте множество парусов. Индийских кораблей было не меньше 30. Поначалу разбойники даже струхнули — уж слишком много было добычи. К тому же с караваном следовали 5 вооруженных кораблей из Сурата. Но Эйвери решил, что отступать нельзя, к тому же он так долго ждал этого момента, несколько лет стремился к нему. И вот оно, богатство... Упустить его? Ни за что!

    Как только наступила темнота, пиратские корабли вклинились в строй эскадры. Индийцы приняли их за свои и тревоги не подняли. Эйвери сразу же выбрал в жертву два самых крупных индийских корабля и, маневрируя, вынудил их сбиться с курса. Сильный ветер и бурное море помогли его смелой затее.
    Когда рассвело, в море друг против друга оказались 5 кораблей. Это были «Феней» под командованием Джона Эйвери, «Амити» Томаса Тью, «Эпл» корсара Уэйка — со стороны пиратов. В кабельтове от них грозно щетинились стволами пушек два индийских судна — «Ганг-и-Савай» капитана Ибрагимхана и «Фатех Магомет».

    Индийские корабли не рискнули вступить в бой и стали уходить от разбойников в сторону открытого моря. Но ветер был неблагоприятен для них — легким шлюпам и фрегату Эйвери не составило особого труда догнать тяжелые неповоротливые суда противника.
    «Фатех Магомет» отстал, поэтому первым пираты настигли его. «Амити» зашел с правого борта индийца и, паля из пушек, пришвартовался к нему. Второй шлюп подошел к судну с левого борта. Пока люди Тью разбирались с «Фатех Магометом», Эйвери нагонял «Ганг-и-Савай». Еще издалека Длинный Бен разглядел, что на рее индийского судна развевается штандарт Великого Могола. Вот это добыча!

    Джону Эйвери противостоял весьма достойный противник. «Ганг-и-Савай» был одним из самых больших кораблей флотилии Великого Могола Аурангзеба. На борту его имелось 70 пушек и около 600 солдат. Видимо, на индийском корабле также осознали, что теперь, когда на них нападает всего одно пиратское судно, шансы на победу равны. «Ганг-и-Савай» стал медленно разворачиваться. На «Феней» обрушился шквал огня.
    Умелым маневром Эйвери вывел фрегат из зоны обстрела и зашел к индийцу с кормы. Теперь уже он был в более выгодном положении. Дав мощный бортовой залп, фрегат подсек «Ганг-и-Савай» и сошелся с ним на встречных курсах. Абордажные крюки полетели на индийский корабль. Борта «Фенея» и «Ганг-и-Савая» находились почти вровень, и пиратам не было необходимости забрасывать веревки. Они клали мостки, по которым перебирались на палубу судна Великого Могола.

    Натиск пиратов был стремительным. Длинный Бен с пистолетом в одной руке и абордажной саблей бился в первых рядах нападающих. Индийцы отчаянно оборонялись. Неожиданно среди них прошел слух, что капитан струсил и сбежал. Узнав о бегстве предводителя, индийские солдаты запаниковали, перестали оказывать сопротивление, сложили оружие.
    Несколько дней продолжался грабеж «Ганг-и-Савая». Добыча пиратов оказалась неслыханной. Индийское судно везло больше 9 миллионов рупий, не считая драгоценностей и изделий из золота. Добычей Эйвери стала также дочь Великого Могола Фатима. Вместе со своими служанками она совершала паломничество в Мекку. Впоследствии предводитель пиратов женился на ней.

    Когда «Ганг-и-Савай» вернулся в Сурат — без половины экипажа, без ценного груза и без принцессы Фатимы, в городе объявили трехдневный траур. Великий Могол Аурангзеб был в ярости. Он приказал бросить всех английских купцов в индийских портах в тюрьмы, прекратить с иностранными торговыми факториями всякие отношения. От английской Ост-Индской компании Аурангзеб потребовал возмещения причиненных ему убытков и наказания Эйвери.

    Английское правительство было встревожено не на шутку. Разрыва отношений с Великим Моголом Британия не желала. Пришлось англичанам заплатить требуемую компенсацию, а вдобавок бесплатно сопровождать очередную флотилию паломнических судов в Мекку.
    Развернулась настоящая охота английских военных кораблей за фрегатом Эйвери. Было понятно, что просто так взять его трудно, поэтому власти больше надеялись на предательство со стороны его друзей-пиратов. Но те стоически хранили молчание. Разбойничий авторитет Длинного Бена был столь велик, что выдать его никто не решался. Счастливчик Эйвери из любых передряг мог выйти живым и невредимым.

    Голова Эйвери была оценена Лондоном в 500 фунтов стерлингов. Столько же пообещал Великий Могол тому храбрецу, кто доставит счастливчика-пирата живым или мертвым. А обладатель этой ценной головы решил переждать и обосновался на Мадагаскаре. В одной из бухт на севере острова он построил целый поселок с фортом и жилыми домами.

    Матросы уговаривали капитана отправиться в Вест-Индию, чтобы пожить в свое удовольствие, тратя деньги, награбленные на индийском корабле. Они никак не могли привыкнуть к мирной жизни на Мадагаскаре, при том им было известно, что из Англии посланы две карательные экспедиции — найти и наказать Джона Эйвери и его команду.

    Эйвери и сам был не прочь переменить образ жизни. В 1695 году «Феней» покинул (как позже выяснилось, навсегда) гостеприимные мадагаскарские берега и взял курс в Карибское море. В районе Кейптауна фрегат повстречал английскую эскадру. Эйвери не подчинился приказу спустить паруса и лечь в дрейф. Он решил не вступать в бой и, пользуясь преимуществом в скорости, оторвался от погони и скрылся.

    Осенью он объявился на Багамских островах. Его матросы, продав свою добычу, разбрелись кто куда. Некоторые остались на Багамах, другие подались на Ямайку, третьи снова занялись пиратским промыслом. Эйвери на вырученные деньги купил бриллианты, изумруды и другие камни, которые высоко ценились у него на родине. Фрегат он также продал, так как собрался окончательно покончить с разбоями и вернуться в Англию.
    Официальный Лондон продолжал поиски неуловимого пирата, наведшего ужас на всю Индию. Нескольких моряков из команды Эйвери схватили и повезли на суд в Англию.
    Представители Ост-Индской компании сообщали в Бомбей и Каликут радостные вести: пойманы сподвижники Эйвери, их ждет суровая кара. Скоро и до самого Эйвери доберемся!

    Длинного Бена искали повсюду. Губернаторы североамериканских провинций и островов Вест-Индии получили приказ приложить все усилия для поимки Эйвери. В самой Англии полицейские были подняты на ноги. «Эйвери не осмелится появиться в Британии, а если он здесь окажется — ему не улизнуть!» — уверяли в Лондоне.
    Между тем Джон Эйвери, несмотря на все попытки его поймать, все же добрался до Британии. Дальнейшая судьба его неизвестна. Одни утверждали, что он снова вышел в море и погиб в одном из сражений. Другие говорили, что он спокойно прожил свою жизнь и умер глубоким стариком.

     

     

    Это интересно!

    Великие Моголы правили Индией в 1526-1858 годах. Основателем династии считается Барум, а самыми знаменитыми Великими Моголами были Шах-Джахан, Акбар и Аурангзеб. Когда в 1803 году в результате долгой войны Великобритания захватила столицу Индии Дели, Великие Моголы номинально продолжали считаться индийскими царями и далее получали от Британской империи пенсию. В 1858 году династия Великих Моголов была упразднена, а Индия стала колонией Великобритании.

     

     

     

    Rambler's Top100






    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru